Четыре ноги, тоже настолько мохнатые, что не понять, как именно они выглядят. Будто столбы из войлока, густо обшитые лошадиными хвостами. И присутствует ещё один хвост, но уже свой, родной, настоящий. Метра четыре в длину, местами чешуйчатый, местами лысый, чем-то похож на обрубок крысиного.

Но тварь хоть и доминировала габаритами над всеми прочими участниками приближающейся процессии, почему-то вызывала куда меньший интерес, чем её спутники. Очевидно, откровенно подчинённое положение заставляло в первую очередь обращать внимание на хозяина.

Он на первый взгляд смотрелся неодушевлённо, и восседал на спине чудовища. Там располагалось сложно устроенное огромное даже не седло, а гнездо, увешанное какими-то мешками, свёртками, бухтами канатов, тубусами и ящиками. Среди всего этого барахла восседало нечто, походившее на грубый латный доспех для горбатого великана. Ну ладно, не великана, а просто очень большого человека с гипертрофированным плечевым поясом и сильно выгнутой спиной. Метра два с лишним росту — не меньше, а если распрямить скрученный недугом позвоночник — за два с половиной выйдет.

И нет, доспех не пустой, в нём кто-то укрывается. Это получилось увидеть, потому что шлема нет, или владелец брони им пренебрегает. Из переплетения массивных металлических деталей торчала на удивление небольшая голова. Несмотря на человеческие черты лица, Грешник сходу отказался признавать это существо себе подобным. Лысая башка с неровной, будто усыпанной срезанными бородавками кожей нездорово-красного цвета. Такой бывает разве что у алкоголиков на предсмертной стадии абстинентного синдрома. Ни намёка на брови и ресницы; глазки маленькие, круглые, глубоко посаженные; грубые, рублёные черты физиономии; нездоровая кожа; челюсть нереально-массивная, и на ней просматриваются посторонние элементы. Что-то вроде пирсинга из того же белого металла, но очень уж аляповатого, уродливо-крупного, почти не оставляющего свободного места на подбородке. И ни малейшей красоты или хотя бы системы в этих блестяшках не просматривается.

Гуманоид, но вот именно, что гуманоид. В то, что это загримированный человек, Грешник ни за что не поверит.

Нет, никакой это не гомо сапиенс. И даже не родственник современного человека. На ящероподобной твари восседает совершенно чуждое существо.

Наездник бесстрастно взирал на несчастную электротележку, пока ту яростно пинал его зверь. Остальные участники действа не проявляли ни малейшего интереса к процессу разрушения экологически-чистого транспорта. Просто стояли поблизости и крутили головами, украшенными столь же чрезмерно-уродливым пирсингом с непомерно-массивными деталями, вмурованными в живую плоть.