Сейчас противников не настолько много, чтобы предстоящий бой представлялся безнадёжным. Да, ситуация прекрасной не кажется, но Грешнику доводилось попадать в куда худшие передряги. Разве что непонятно, на что способна эта металлизированная братия. Вдруг у них припасены какие-то уникальные сюрпризы. По их виду всякое можно предполагать, в том числе самое неожиданное. Если такие группы здесь часто встречаются, лучше сразу выяснить, чего от них следует ожидать.

Нет, в текущей ситуации невидимость лучше приберечь на случай самого нехорошего развития событий. Когда останется лишь одно — безоглядное бегство. К тому же навык этот капризен к условиям активации. Недра сгоревшего автобуса хорошо освещены лучами солнца, проходящими через лишённые стёкол окна и многочисленные отверстия. А для начала работы с умением рекомендуется забраться в надёжную тень, иначе велик риск слить энергию впустую.

Грешник сделал выбор. Чертовски-опасный выбор, но в сравнении с былыми благополучно пережитыми битвами — ничего особенного.

Подобрал облепленную пригоревшей пластмассой железяку, чуть отодвинулся, размахнулся и отправил её в оставшееся без стёкол переднее окно. Как только она зазвенела, приземлившись на плитку, выпрямился по весь рост, одновременно отступив на шаг в глубину автобусного остова. Вскинул лук, торопливо изучая диспозицию во всей красе, а не по кусочкам, подсмотренным через маленькое отверстие.

Расчёт оправдался, — металлический шум привлёк всеобщее внимание. Ненормальные люди дружно обернулись и перестали крутиться. Туда же взглянул наездник, непринуждённо вывернув голову градусов на девяносто, оставив при этом скорлупу доспеха в том же положении.

Это прекрасно, потому что Грешник не вполне уверен в своих стрелах. Броня выглядит очень уж солидной, такую, наверное, не всякая винтовка пробьёт, а испытывать на ней мощь монструозного пистолета — верх расточительства.

Дистанция невелика, на такой в условиях стартовой платформы Грешник без промаха бил точно по центру мишени. Вот и здесь стремительный росчерк стрелы уткнулся туда, куда надо — под ухо наездника. Но, увы, дальше всё пошло не по плану. Вместо того чтобы прошибить череп насквозь, наконечник разворотил кожу, выбил сноп искр и завяз в переплетении всё тех же блестящих деталей, которые до этого скрывались под тонким слоем плоти. Блестяще-белую поверхность моментально залило кровью, но не сказать, что хлынула она опасно-обильным потоком.

Кто же знал, что и с этой стороны голова чугунная. Да и металл оказался больно крепок. Пробило сантиметра на два-три, не больше. Убить, конечно, не убило, но ладно, хоть ошеломило знатно. Наездник затрясся нездорово, будто пытаясь торопливо втянуть башку в доспех. Снова изобразил черепаху, но на этот раз в тот момент, когда она спешит укрыться в панцире.