— Такое предложение, — я посмотрел на часы комма. — Имперский уже закрыт, коммерческие банки закроются через пятнадцать минут. Мы не будем никуда гнать. Поедем ко мне. Вы поужинаете, переночуете, а завтра с утра дворецкий отвезёт вас в банк.

— А Алик? — гомункул, при звуках своего имени повернулся к ней, на секунду выражение его лица стало почти осмысленным. Но только на секунду. — Я прошу за него, только потому, что он сам за себя попросить не в состоянии.

— Ну не бросать же его на улице. Берём с собой. Может и правда нам нужен подсобный рабочий. Спрошу у дворецкого. Ну или устроим куда-нибудь, здесь в форте работы полно.

— Вы очень благородны, молодой человек, — она легонько взяла меня за запястье, положив два пальца на пульс. Вот же стерва! — Я вам так признательна!

Её голос превратился в совсем уж гиперсексуальную песню, почти мурлыканье, она заглянула мне прямо в глаза. Наверное, я должен был немедленно упасть на полбольницы, задрав лапы, и подставить пузико для почёсывания. А то и тапочек больничный лизнуть. Но мне было не до игр.

Я снизил частоту сердцебиения и, глядя ей в глаза, немного изогнул запястье, также нащупывая её пульс. Любезность за любезность.

— Нет. Я не благороден. Не стоит строить на мой счёт иллюзии. Иллюзии — это моё ремесло.

По её лицу скользнула лёгкая светлая улыбка, она разорвала контакт рук с коротким смешком.

— Как любопытно! Насчёт благородства я, конечно, слегка преувеличила. Ведь это вы ходили за два дня до штурма мимо двери темницы, но не стали нас вытаскивать? — Мария втянула воздух ноздрями. — Я узнаю запах. И шаги.

— Да я. А должен был? Вытаскивать? И, как вы там могли что-то почуять кроме запаха гнили и фекалий?

— Нет. Не должны были. Опал, — она посмотрела на моё кольцо. — Разведка. Вытащи вы любого из нас, и штурм мог накрыться, твари бы ушли. А насчёт запаха, у всех свои секреты. Так мы всё ещё можем рассчитывать на ваше гостеприимство?

— Да. Прошу за мной, я на машине.

Мы вышли из приёмного покоя и зашагали к «Нимфе». Сегодня я приехал один, без водителя. Афанасий был занят. Августович не хотел отпускать меня без телохранителя, но я тупо сбежал, пока этот зануда ходил искать мне шофера-няньку. Машина стояла чуть поодаль от главного корпуса «Пирожка»: перед самим зданием остановка была запрещена. Я откатил перед «потеряшками» боковую дверь и сделал приглашающий жест. В следующую секунду моя интуиция завыла белугой, я увидел какое-то движение и отблеск огня. Но интуиция запоздала.

Зато не замешкалась эра Мария. Одним движением она прыгнула в сторону капота, утягивая за собой меня и тяжеленного Алика, так не прекратившего свои геологические изыскания в носовых пазухах.