Патриот: всё правильно делает, парень! Ограненные и должны нас защищать!

РельсойПОбашке: Патриот, тебе никто ничего не должен.

Патриот: РельсойПОбашке — иди нахер!

Сцукнах: (комментарий удалён администрацией портала за нецензурную брань)

Интриги, скандалы, расследования (всё о настоящем Ожерелье)

Все думали, кто же продвигает Олега Строгова, сына зверски убитого главы управления юстиции форта Виталия Строгова? Мы уже писали о его несомненной связи с управлением колонизации и одиозным главой чистильщиков Григорием Святовым. И вот, борьба императорских ведомств выходит на открытый уровень противостояния. Сегодняшние громкие заявления Олега Строгова не что иное, как объявление войны официальной политике длани и полицаев от управления колонизации…

Странный дизель: Ждем официальных комментариев полицмейстера.

Правдоруб: уже (ссылка). Говорит, мол, я не я и жопа не моя.

Иван Андреевич Крылов: да призадумалась…

Тиория загавора: ВО ВСЕМ ВИНОВАТО ТАЙНОЕ ПРОВИТЕЛСТВО. САМ ИМПЕРАТОР ЛИШЬ МОРИОНЕТКА…

Я проснулся знаменитостью. Судя по внутренним ощущениям, знаменитостью, накануне нюхавшей «Ангельскую пыль». Но хотя бы мучивший меня со вчерашней ночи запах тухлятины наконец-то расточился.

Впервые после дуэли, моя скромная персона снова попала в фокус внимания. Сотни сообщений разрывали все три моих почты. Каждые несколько минут комм нежно тренькал, сообщая о приходе новых писем. Беглый просмотр выявил в почте проклятия, обвинения, благословения и слова поддержки.

Я не стал задерживаться, решив, что почтовые сообщения разберу позже, и перешёл к непосредственной причине этого нездорового ажиотажа.

Три самых популярных портала Алого рассвета опубликовали интервью со мной. Там я характеризовался как герой, который в очередной раз спас форт от страшной опасности. Перечислялись прежние заслуги. Подчёркивалось, что я нашёл и уничтожил логово сектантов. За фортом! В интервью я давал гарантию, что значительных сил сектантов в форте больше нет, по крайней мере, среди изменённых. Напоминал потенциальным погромщикам о проблемах с законом, ссылаясь на суровость и принципиальность полицмейстера и длани.

Эти статьи были обычной заказухой, разукрашенной по нашему с сообщником шаблону местными борзописцами. Они сопровождались высказываниями лидеров общественного мнения форта, которые сводились к тому, что: «Изменённые тоже люди, которым и так тяжело». Леди Гольц высказалась на эту тему сама с медицинскими комментариями и привлекла нескольких обязанных ей известных в форте людей из других профессиональных сфер.