— Это обычный имущественный иск. — Поспешно заявил Лазарев, но было видно, что он просто хватается за соломинку. — Месячный претенциозный срок здесь не применим.

Я перестал понимать происходящее, только уловил, что ребята поспешили и еще где-то накосячили.

— А! Ну тогда подавайте завтра. — Великодушно сказал Корабчевский. — Встретимся на предварительном заседании, Павел Николаевич.

— Что происходит, господин Лазарев. — Жестко спросил Ковальский, показывая, наконец, кто среди них главный.

— Николай Всеславович полагает, что мы обязаны были подать претензию, и у его клиента имеется после этого месячный срок на досудебное урегулирование спора.

— И он сможет это доказать?

— Все зависит от судьи. — Буркнул Лазарев, а Корабчевский широко и плотоядно ухмыльнулся, но никак это заявление не прокомментировал. — Полагаю, сегодняшние переговоры, можно считать предъявлением претензии, в случае если суд сочтет это необходимым.

— Ясно. Значит, иск начнет рассматриваться в суде через месяц, в худшем случае — Сказал Ковальский, одарив Лазарева многообещающим взглядом. — Решайте. Вам… — Лазарев перебил Ковальского, аккуратно коснувшись его плеча.

— Стойте. Ничего не говорите, пожалуйста. Нам следует завершить этот раунд переговоров, с учетом открывшихся обстоятельств. — И он прямо посмотрел на Корабчевского, который стоял, засунув руки в карманы брюк, и широко, словно аллигатор, увидевший свинью на водопое, улыбался.

А еще Николай Всеславович подбрасывал в руках папку с проектами исков, и Лазарева это почему-то нервировало.

Это вы не знаете, мои милые, сколько ещё обстоятельств вы не учли. Ну ничего. Многие знания, как говорил древний мудрец, многие печали. Надеюсь, вам будет очень печально.

— Хорошо. — Ковальский встал, и вслед за ним вскочили остальные. — Вы можете связаться с нами, если захотите урегулировать конфликт. На этом закончим.

Он направился к выходу, а остальные члены делегации начали включать свои коммы.

У всех на лицах появилось озабоченное выражение. Наверное, десятки неотвеченных и новых сообщений посыпались. Интересно, что там? Хе-хе. Глядя на них, я участливо спросил:

— Что проблемы? Кто бы мог подумать.

Ковальский метнул на меня яростный взгляд и включил свой комм. Вся делегация столпилась на выходе их переговорной, лихорадочно листая сообщения.

— Что за чушь! — Воскликнул Селиверстов. Он сегодня крайне задорно исполняет. — Какая еще аудиторская проверка?

— Что, «Надежная защита» оказалась не такой уж надежной? — все также ухмыляясь спросил я. — Кажется, вам скоро станет не до отжимания чужих патентов, господа. Аудиторская проверка — это уровень. — Я и воздел к потолку указательный палец, в поучающем жесте.