— Вот же зерг херовый. — Нежно произнесла моя невеста. — Никак не привыкну, что у ва… нас мелких аристократов есть специальные люди, которые все за нас сделают. Даже задницу подотрут. Только деньги плати. — И она шмыгнула носом, вытерев его размашистым жестом от плеча.

— Хватит из себя простушку из Качалки отыгрывать. Аудитория неблагодарная больно.

— Ах, я еще и плохая актриса! — И она швырнула в меня подушкой.

Когда борьба за средства метания закончилась, я встал. Не люблю валяться на кровати одетым.

— Так. Теперь без шуток. Какую дату ты рассматриваешь?

— Предоставляю выбор даты тебе, котик. Мы вроде уже обусловленный приличиями срок выдержали, после помолвки. Единственное, хочу, чтобы свадьба была в Форте. Среди своих в основном. Прием торжественный, для «светского общества», конечно, придется устраивать. Но именно сама свадьба. Клятвы, храм Силы и праздник. Хочу только для своих.

— Ни малейших возражений. Думаю, нам надо сделать это до аудиенции у императора.

— Прямо уже аудиенции? Ты вперед не забегаешь ли, кот?

— А вот и нет. — и я рассказал ей о звонке секретаря Его Величества.

— Страшно мне. — Она передернула плечами, словно в ознобе. — Ты ведь с такой аудиенции можешь и не выйти.

— Это ты романов перечитала. Выйти-то, я выйду. Вопрос в том, что если я на той аудиенции напортачу, словлю потом разрыв сердца. Буду самый молодой ограненный, от инфаркта померший.

— Зато и здесь первым будешь! — Надолго ее серьезности не хватило.

А я был ужасно рад, что неопределенность по поводу свадьбы, наконец, разрешилась. Не то, чтобы я думал, что Оксана вильнет хвостом и уйдет в закат. Скорее была некоторая опасность, что ее попытаются похитить. Жену воровать уже бесполезно. Клятвы в храме — серьезная вещь. Заставить супругу выйти из семьи или рода, под давлением, практически невозможно. А вот невесту — запросто. Часть возможных проблем и вопросов отсекалась свадьбой автоматически. В том числе и поэтому я хотел провести ее до аудиенции. Есть у меня небольшой планчик, на такой случай. Все-таки сословное общество, это море условностей и традиций, возведенных в ранг закона. И проще всего жить, когда условности эти соблюдены. Традиции не нарушены. Закон исполнен. Отец Оксаны вполне себе жив-здоров. И глава рода. Она, в отличие от моего Олега, аристократка по праву рождения. Нам еще и с этой стороны пакостей не хватало.

Все это я объяснил невесте, как-то: зачем нам свадьба так скоро. И что я придумал по этому поводу.

— Наглый ты. — задумчиво сказала она. — Не боишься у сильных мира сего так одалживаться?