— Да. Мы временно поставим на него аккумуляторы с действующего прототипа.

— Временно? Значит, вы вычтете сумму покупки новых из общей цены продажи меха?

— Мы… Хм, попробуем зарядить имеющиеся. Если не выйдет, подыщем замену, господин. Ваш механик может приехать завтра. Броню мы демонтируем, как вы и просили.

— Отлично. Я увидел все, что хотел. Пойдемте, Борис Викторович. Завтра вам снова сюда ехать, вдруг мы все же решим приобрести этот «набор запчастей».

— Я бы не советовал. Два миллиона — слишком высокая цена за металлолом.

— Три с половиной! — Пискнул представитель завода, — но Березовский его проигнорировал.

— Зачем вам эти обломки былого великолепия, эр Строгов? — С искренним любопытством спросил меня Березовский на обратном пути. — Я, конечно, не разбираюсь в военной технике, но даже я знаю, что тяжелые механизированные боевые машины сняли с производства ввиду их малой эффективности при обороне фортов.

— Я не собираюсь ничего оборонять. Я хочу атаковать. И эта штуковина нужна мне, чтобы понять, как их в принципе делают. И чтобы потом на ее основе соорудить нечто… более эффективное.

— А держать вы его где собираетесь?

— В политехе есть ангар для мехов. И факультатив по управлению ими. Собираюсь заключить договор аренды с университетом. В смысле они у меня арендуют мех, бесплатно для учебных целей. Так, мы его легализуем. Если у вас будут дополнительные идеи, готов выслушать.

— Мне не нравится, как звучит слово «бесплатно». — Березовский сморщился, как будто откусил от лимона. — Уверен, мы сможем что-то с этого поиметь. Надо подумать.

Я только усмехнулся про себя. Искать выгоду, отличное качество для финансиста, но у меня немного другие цели.

— Они, по сути, нам оказывают услугу хранения и обслуживания. И легализации машины. Так что считайте это взаимовыгодный обмен, Борис Викторович.

— В атаку, значит, собрались. С фоморами воевать? — Он покачал головой. — Идея, привлекающая своим безумием.

Я хмыкнул, но промолчал. Нет, так-то он прав. Для обывателей из внутренних областей мои идеи и впрямь будут попахивать безумием. Но раскрывать свои планы полностью перед новым членом семьи я не стал. Ни к чему ему, по крайней мере, пока.

Когда мы уже въехали на окраины Павлограда, раздался звонок с незнакомым кодом. Немного посомневавшись, я взял трубку после шестой настойчивой трели комма.

— Эр Строгов? — раздался искаженный мужской голос.

— Да, это я. Представитесь в ответ? — Ответил я сдержанно.

— Борис Скопин-Шуйский тебя беспокоит, Олег. Мы виделись недавно у угнанной тобой тачки.