— Все будет хорошо, все плохое уже позади, и впереди нас ждет исключительно прекрасное будущее. — несколько раз повторил я, как заклинание, покачивая Иру на колене, и почти поверил сам, что так и будет.

Город. Сердце города. Здание мэрии.

После того, как мы с Матвеем получили новый, пристойный кабинет, мой помощник просто расцвел — в глазах исчез извечный страх грядущего, плечи, обтянутые тканью пиджака с модными заплатками на локтях, развернулись, походка стала упругой и уверенной.

До любимейшего праздника оставалось всего несколько дней, я всерьез рассчитывал, что мои приключения в этом году себя исчерпали, и я проведу оставшееся время, тихо и мирно работая с документами, когда утром в кабинет ворвался, выходивший в туалет, Матвей и подступил со мной с самым загадочным видом.

— Пс! Пс! — зашипел мой помощник, глупо прикладывая ко рту указательный палец: — Серега сказал, что сегодня…

По дурацким ужимкам моего подчиненного я понял, что речь идет о «прослушке» разговора между главами фракций, организовавших против меня небольшой заговор. — Матвей, пошли в столовую, хоть кофе выпьем, а то голова просто раскалывается с самого утра. — я зло показал Матвею сжатый кулак и решительно поволок его в коридор. Ну не верил я в отсутствие сюрпризов в даренном мне «троянском коне», то есть, кабинете, а если я планирую послушать своих оппонентов, почему я отказываю этим умным людям в наличии аналогичного желания.

Я конечно читал, про коварное НКВД, которое напичкало ресторан, где принимали иностранцев во время их пребывания в Москве, подслушивающей аппаратурой, вот только в дешевых столах нашей столовой микрофоны было спрятать решительно негде, человека с направленным микрофоном, мы, в пустой, по раннему времени,столовой, не видели, а столик я занял в углу. В котором никогда не сидел.

— Рассказывай. — я отхлебнул из граненного стакана приторную жижу бежевого цвета, почему-то в местном меню значившимся, как «кофе».

— Через два часа… — нормально мой помощник разговаривать не мог, он шептал, заговорщицки склонившись в мою сторону и кидал на поваров за стойкой подозрительные взгляды. Хотя, с другой стороны, для моего помощника такое поведение раньше было нормой, его только в последние дни знакомые перестали узнавать.

— Надо срочно прибор Сереге Геращуку передать, и он сказал, что вам лучше на лестничной площадке второго этажа стоять — там ближе всего к кабинету, где переговоры будут проходить.

— Не пойдет. — помотал я головой: — Ты как себе это представляешь? Стоит человек на лестнице второго этажа, где больше всего людей проходит, а у него в руках запись чужого разговора с радиосканера на диктофон идет? Через сколько доброжелатели охрану вызовут? Мне кажется, что всего через пару минут мне уже будут руки крутить.