Ступеньки закончились небольшой залом. Здесь уже откровенно смердело падалью. Хозяин и остальные гости остановились в центре. Слуги стали поджигать, находившиеся в зале, факела, свечи, масляные лампы. Помещение стало понемногу заполняться светом.

Мысленно все еще представляя мерзких грызунов, Эльза со страхом бегала глазами по полу. К счастью, таковых не оказалось. Ее взору открывался лишь один только грязный каменный пол.

Вдоль влажных стен стояли большие напольные канделябры и нищи с масляными лампами. Впереди висели два красных полотна от потолка до пола в виде полос. Между ними огромный барельеф какого-то чудовища. Ниже него выступ в виде алтаря.

«Да это же храм!» — осенило Эльзу.

— Не будем медлить. Прошу, — скомандовал Шувалов, приглашая всех подойти ближе к барельефу.

Только теперь у алтаря предстал круг с пентаграммой, выдолбленный в камне на полу. Князья стали выставлять юношей на концах пятиконечной звезды, включая и саму Эльзу. Той все больше и больше не нравилась затея. Женщина с недоумением подчинилась, лишь бы не скандалить с отцом в присутствии посторонних.

Выступив в роли распорядителя, Шувалов заговорил на неизвестном для Эльзы языке. Судя по интонации, она отнесла речь к ныне метровой латыни.

Все еще не понимая, что сейчас происходит за ритуал, женщина бегала глазами по сторонам, вглядывалась в лица, отмечала движения каждого.

Юноши от десяти лет до пятнадцати, так же как она, вряд ли что-то понимали. Князья стояли строго за ними и, уставившись в пол, губами повторяли слова распорядителя. Слуги закончили свою работу и встали за князьями, образуя третий круг. По случайности или нет, их тоже оказалось пятеро.

— Опустились на колени! — скомандовал властным голосом Шувалов.

— Отец! — Не сдержавшись, Эльза обернулась. Ее уже порядком взбесила вся эта непонятная процедура. Теперь становиться еще и на колени — это было сверх наглости. — Что происходит?!

Александр Павлович оказался безучастным к ее призыву. А вот стоящий позади него личный водитель Павел тут же приблизился к женщине.

— Эльза Александровна, нужно встать на колени. Так положено, — как бы мягко произнося, мужчина надавил женщине сзади под колено и, схватив за предплечья, принудительно опустил ее.

Остальные дети безропотно опустились на колени и смотрели на нее испуганными глазами.

Теперь просьба отца «немного» поприсутствовать на коротком приеме превратилась для дочери в невообразимую пытку. Стоя на коленях на грязном полу, она поверить не могла, что тот мог с ней так поступить. Отец должен был сначала поставить ее в известность, объяснить суть. В конце концов, должен был спросить ее разрешения. И лишь после ее согласия вести сюда и непонятно зачем ставить на колени. От этого она почувствовала себя невероятно униженной.