— Розовое у нас только французское, дорогое. Его бокалами не подают. Надо заказывать бутылку.

— Наденька, шампанское может быть только французским.

— Вы меня знаете?

— Хочу узнать, — загадочно ответил Станкевич.

Когда бутылка оказалась на столе и официантка начала ее открывать, Станкевич остановил девушку.

— Вы правы, этот напиток нельзя пить одному. Оставьте ее, я заберу с собой.

— Вас ждет дама?

— Увы. Пустая постель в отеле. Я только что из Лондона и не могу привыкнуть к смене часовых поясов. Но благодаря бессоннице я здесь, и вижу вас, Надя.

— Откуда вы знаете мое имя?

Станкевич дотронулся до бейджика на груди официантки и надавил сильнее, чем требовало простое касание. Девушка наигранно хихикнула.

— А меня зовут Андрей. Цвет ваших губ я вижу, а вот цвет ваших сосков… Как солодовый виски или выдержанный коньяк? — Он уже понял, что для покорения бывшей проститутки необходим прямолинейный подход. — Я хочу узнать этот секрет и буду ждать вас в такси после окончания смены.

— Но… — На женском лице боролись восторг и сомнение. — Мы совсем не знаем друг друга. И мне работать еще два часа.

— За это время я перескажу вам свою жизнь. Принесите кофе. Покрепче.

Официантка упорхнула, чтобы вернуться с самой чистой чашкой и самым ароматным кофе, приготовленным в ночном клубе со времен проверки городской комиссией.

Заснули они под утро в номере гостиницы «Дона». Ласковые слова, бутылка дорогого шампанского и россыпь бутылочек из мини-бара, выпитые большей частью Надей, возродили в ней безудержную игривую кошечку Еву. Она так старалась понравиться, так чмокала, пыхтела и стонала, что устала больше кавалера. Рука Станкевича сжимала грудь уснувшей женщины, доказывая, что в нелегкой шпионской работе бывают и приятные моменты.

19

Второй день, Калининград, 07:10

Запах! Запах натруженного мужского тела ни с чем не спутаешь. В транспорте он неприятен, а в постели, если вы его не почувствовали, значит, ночь прошла зря. Я проснулась, касаясь носом плеча Кирилла. Он, пройдоха, припрятал ключ от моего номера и, когда я уже засыпала, прокрался ко мне. Настойчивость и ловкость требовали награды. Я заставила его потрудиться, чтобы церемония награждения запомнилась обоим.

Сон отлично восстанавливает силы. Кирилл сделал зарядку на обширном балконе, заставил и меня качать пресс и отжиматься. Хорошо хоть на пробежку не вытолкал. Нет, в следующий раз я позабочусь, чтобы утреннюю энергию неугомонный муженек выплескивал другим способом.

Мы спустились на завтрак.

— Возвращаемся к четвертому июля, — деловито сообщил Коршунов, переключаясь с омлета на творог. — Что ты делала в тот день?