— Через окно. К батарее была привязана веревка.

— Точно? Веревка была в тот день в его номере?

— Он сам ее привязал и попросил, чтобы я втянула ее, когда он спустится.

Вот те раз! До сих пор мы считали, что веревку принес с собой убийца шестого июля, чтобы обеспечить незаметный отход. Оказывается, это была придумка Назарова. Он пользовался ей еще накануне. Версия об инсценировке смерти получила дополнительный аргумент.

— Что он унес с собой, когда покинул номер? — мне хотелось выяснить судьбу документов.

— Ничего. Он обеими руками держался за веревку.

— Может, была сумка через плечо?

— Нет. Я же сказала, он выложил даже телефон с кошельком.

— Как долго Назаров отсутствовал?

— Олег быстро вернулся, я даже сериал досмотреть не успела.

— Одну серию?

— Да. Она идет меньше часа. Когда он вернулся, то сразу пересчитал деньги, похвалил меня и извинился за проверку. Попросил никому-никому не рассказывать об этом. Намекнул, что это будет вторым испытанием, и если я его выдержу, то тогда… — Официантка мечтательно закатила глаза.

— И во время следствия ты об этом умолчала?

— Я точно не знала, что случилось с Олегом, и не хотела его подводить. Я влюбилась в него. И еще боялась, что он потребуют обратно деньги, которые дал. А я уже почти всё потратила.

— Что еще вы делали?

— Выпили шампанское, а потом легли. Утром он заказал завтрак в номер, дал мне денег и сказал, что возьмет меня с собой в путешествие. Сначала в Польшу, а потом в Лондон. Нет. В Лондон это другой. Олег обещал отвезти меня в Париж.

— Ты нарасхват, девушка. Кто ж тебя в Лондон пригласил?

— Андрей… Ну, вы его видели сегодня.

— Тот седой?

— Он друг Олега. Полковник полиции. Хочет найти и наказать убийцу.

— Друг, говоришь. Ищет убийцу… А когда ты с ним познакомилась?

— Это неважно.

— А все-таки?

— Совсем недавно. И к тому случаю, Андрей не имеет никакого отношения. Всё! Ничего больше не скажу. Мне пора работать! Думаете, пока я с вами, мне зарплата капает? Чаевые — вот моя зарплата!

Она развернулась. Я не стала ее удерживать. Полученной информации с лихвой хватило для новых размышлений.

38

Четвертый день, Калининград, 5–40

Ценного информатора необходимо холить и лелеять. Иногда, в буквальном смысле. Станкевич поглаживал ягодицы прильнувшей к нему женщины. Теперь, после секса, изобразив несуществующую любовь, можно было приступить к ленивому расспросу. Хорошо, что после первой ночи он не отшил официантку-проститутку и еще раз заглянул в ночной клуб. Там он стал свидетелем неожиданного интереса серьезной парочки к его главному источнику информации.