Обещания были даны, и получено разрешение, остановиться в квартире у Дилором. Пока же я стоял у выхода из аэропорта Риги, и пытался узнать, как мне добраться до Рижского вокзала, а оттуда до нужной мне улицы. И это оказалось совсем нетривиальной задачей.
Глава 9
9
Узнать дорогу или, что-то другое, русскому человеку в Прибалтике, все равно что, попытаться спросить или объяснить, пингвинам в Антарктиде. В лучшем случае, ты получишь взмах рукой, указывающий направление движения. И далеко не факт, что указанное направление, будет верным. Скорее заведет тебя в такие дали, откуда выбраться будет практически невозможно.
Чаще всего, меня просто не слышали, или же отказывались понимать. Что-то бормотали на своем латышском, и очень сомневаюсь, что там было, хоть что-то цензурное. Вдобавок ко всему, такси, как будто вымерли. Стоянка была девственно чистой, а если, какой-то таксомотор вдруг появлялся на горизонте, то его перехватывали, задолго до места посадки пассажиров, и оно, резко развернувшись, буквально на месте уплывало в далекие дали. Что интересно, таксисты, будто знали, что я не местный, и далеко не латыш, и хоть обмашись обеими руками просто проскальзывали мимо, не обращая на меня внимание.
Простояв на стоянке около получаса, и так ничего и не добившись, вернулся в здание аэропорта, и попытался пробиться к справочному бюро. Стоило только заговорить, задавая свой вопрос, как в окошке тут же появилась картонка с какой-то нерусской надписью, в конце которой я увидел вполне читаемые «15 min». Смысла, что-то доказывать или ругаться не было никакого. Оглянувшись назад, увидел милиционера, оживленно беседующего с каким-то гражданином. Направившись в ту сторону, услышал все ту же местную речь, и понял, что здесь я так же ничего не добьюсь. Русских здесь не уважали, и это отношение проскальзывало буквально во всем. Презрительной усмешке, разговору сквозь зубы, и пренебрежительному отношению. «Мы на своей земле», — читалось во взглядах местного населения, — «а, ты быдло, которое сюда никто не приглашал, так чего же ты хочешь, уважения?».
Все это и многое другое, так и читалось во взглядах этих мужчин, стоило мне приблизиться к ним, и остановиться неподалеку. Прочтя все это в глазах, ожидающих вопроса людей, решил пойти другим путем, и заговорил с ними на испанском. Честно говоря, очень сомневался, что меня здесь поймут. Язык не настолько популярен в Европах, и уж тем более в Прибалтике. Может где-нибудь в США и нашелся бы знаток этого языка, но здесь? Тем не менее, к моему немалому удивлению, ко мне прислушались, а затем коряво нескладно, вставляя похоже немецкие и французские слова, в чем-то схожие с испанской речью, мы сумели объясниться друг с другом. Еще большее удивление вызвало то, что мне верили на слово. То есть никому даже в голову не пришло, что я выдавая себя за испанского студента, прибывшего из Мадрида, по межшкольному обмену, могу кого-то обмануть. Тут же меня проводили до автостоянки, поймали такси. Мой провожатый объяснил таксисту, куда мне надо попасть, и все это с такой любезной улыбкой и чуть-ли, не кланяясь мне в пояс, что я еле сдерживал себя, чтобы не расхохотаться. Под конец, провожатый даже помахал рукой скромно улыбаясь.