— Сергей Ефимыч, вы не беспокойтесь, мы ж понимаем, что разборка не на один день, — с легким акцентом произнес знакомый голос, заставив меня сразу обернуться. А ведь стоило сразу догадаться, что если речь зашла за перегонку, значит кто-то из наших, ЖЭКовских задействован, или преподов авиаучилища. И ведь не прогадал.

Нурлан Шахатаев, один из слесарей с соседней смены. Парень конечно смышленый, но больно он змееныш какой-то. Вообще, по образованию музыкант, а на место попал чисто так, чтобы из страны не турнули. Потому как он казах, мигрировавший на фоне их каких-то внутренних волнений еще в детстве, да так и оставшийся. Хрен его знает, что он гражданство не оформил, но видать на случай, что если его прижучит по-серьезному, чтоб его чисто депортировали, а уж у себя на родине, он за счет семейных связей от правосудия уйдет. Нет, крупных косяков за ним замечено не было, но какой-то он все равно парнишка мутный. Видать пережил всю катавасию, да связался с гаражниками.

— И ты будь в здравии, Нурсик, — недовольно проворчал я, оглядываясь на двигатель. — Тут инструмент нужен, да и помощь, как минимум еще четыре крепкие руки. А за работу я возьму сотню талончиков сейчас и двести по завершению.

Мне не было видно лицо казаха, но судя по гортанным звукам, он давился от моей наглости. Ничего, пускай подвится, ему полезно. Все же, у меня не было претензий конкретно к детям степей, но именно этот экземпляр, весьма так раздражал. Еще в мирное время, он занимался тем, что пил без меры, гулял по разным компаниям, а так же клеил девок, и это-то в рабочее время! Нет, я сам не без греха и выпивал вместе с Зябой, но то в свободное от задач время, да профилактики ради.

— Много просишь, Сергей Ефимыч, — наконец произнес Нурлан, недовольно глядя на меня, а мне было абсолютно на это наплевать, ведь в мыслях я уже разбирал новенький карабин. — Пятьдесят авансом, пятьдесят после.

— Хорошо, пятьдесят авансом, дести пятьдесят после и я приду завтра вместе с Женькой электриком, будем раскручивать движок, — усмехнулся я, поворачиваясь к выходу, где стоял приезжий. — Торговаться я не намерян, ты меня знаешь, Нурсик. Так что, либо договариваемся так, либо крутите его сами. Вот только заебетесь в атаке. Ты ж не технарь, так что удачи тебе снимать контровку с гаек, чтоб открутить задний корпус компрессора.

— Чего? — возмутился Шахатаев, непонимающе уставившись на меня. — Ефимыч, херни-то не неси, какой задний корпус? Это турбина называется! Уж я-то знаю, я меня дружбан эти движки разбирал на раз-два!