Шаг в мир духов во время ночного ритуала стал для меня дорогой к чему-то новому. Само наличие клинка в руке не стало для меня сюрпризом, Гронд так же имел сильное отражение в нави. Меня удивил наверно я сам, трудно сказать как-то иначе, учитывая, что Восторг моё творение.
Мои пародии на крылья обычно существовали между навью и явью, но не теперь. Клинок перетянул вместе с собой и близкий ему по его природе огонь моей фениксианской части, странным образом резонируя с ним, а через него со мной. В ту ночь я не сдерживался, на какой-то момент став с клинком единым целым. Шаг, наполненный желанием найти тёмного духа длился меньше, чем требуется мгновению, чтобы стать прошлым, навь как будто подстроилась под мои желания. Обрётший форму сгусток злобы даже не попытался вступить в драку, а предпочёл сбежать. В другой ситуации у него наверно были бы шансы, всё таки в этом мире я гость, а преследованием этих тварей мне особенно не приходилось заниматься, они предпочитали драку бегству, следуя своей природе. Но сейчас мы просто переместились, встав прямо на пути чёрного сгустка негативной энергии, что обрела разум и нанесли встречный удар. Меч в выпаде пронзил середину кляксы, стремящейся смести меня в сторону своими щупальцами, освобождая дорогу, а крылья пронзили всё пространство передо мной огненными нитями, как сотнями шпаг. Дух сгорел и развеялся практически мгновенно, я даже не успел почувствовать его ответную попытку себя ударить, ощущая лишь чистый восторг от содеянного.
А потом началась новая битва. Меч требовал идти и продолжить жатву, выжигая скверну и гниль дотла. Я же давил его волей, ухватившись за мысль о естественном порядке вещей. Когда-то давно и мне хотелось уничтожить злых духов, очистив навь. Но они были её необходимой частью. В противном случае их работой, по развеиванию слабых духов, которым должно уйти на перерождение, пришлось бы заняться кому-то другому. Всегда есть хищники и есть жертвы, истребив охотников, мы пошатнём тот баланс, который каждый шаман призван сохранять. Потому следует оставаться в рамках, чтобы не воцарился хаос, нарушающий тот самый порядок вещей, слова о котором выгравированы на лезвии Восторга. Меч неистовствовал, стремясь навязать мне своё видение нашего предназначения, но я давил его своей твёрдой волей и железными логическими доводами.
На периферии зрения стали заметны мои собственные духи и Барс с Хозяином Скал, что пришли поддержать меня, но я мысленно отмёл их помощь. Эта схватка должна была быть выиграна мной и только мной. В противном случае моё собственное творение взбунтуется вновь в минуту моей слабости, чтобы взять реванш. И шажок за шажком я сдвигал своего противника к поражению в этом противостоянии, не желая подчиняться железке в её ошибочных стремлениях, которые приведут не к добру, которое меч декларирует, а к худу.