— Я целюсь во врага не оружием, ибо тот кто целится оружием позорит своего отца. Я же целюсь глазом — зашептали мои губы речетатив, настраивая меня на бой, а руки уже доставали лук — Я стреляю во врага не руками, ибо тот кто стреляет руками позорит своего отца. Я же стреляю разумом. Я убиваю не стрелой, ибо тот кто убивает стрелой позорит своего отца. Я же убиваю сердцем.

С последним словом я вышел из леса, натянул лук и отпустил тетиву, прицелившись в первого тролля, ломающего ворота своей дубиной. Стрела пошла хорошо, духам почти не пришлось корректировать её полёт и я взял первую кровь. А затем вновь натянул лук и отправил в полёт новый гостинец. И ещё. С третьего меня заметили. Конечно довольно тяжело следить за обстановкой в своём глубоком тылу, когда ты ломишься вперёд, а со стен тебя угощают стрелами и дротиками защитники, но однако тролли всё сообразили быстро. Раздался рёв и от общей массы отделилась группа, вероятно отправленная вожаком решить неожиданную проблему.

Мне же осталось только выпускать стрелу за стрелой в максимальном темпе, а потом сменить лук на щит с дротиком и отправить вперёд Михалыча, чтобы он выиграл мне ещё немного времени. Пещерный медведь — это могучий, а главное тяжёлый зверь и сейчас он влетел в троллей, как таран, свалив бежавшего впереди. Пара товарищей стали бить моего лохматого помощника дубинами, стремясь не дать ему растерзать свою добычу, а я метнул дротик, свалив ещё одного врага и выхватил Гронд. Я не Авалий, на дальность работаю магией откровенно паршиво, но сбить наступательный порыв врага, включив на пару секунд огнемёт имени Феанора мне по силам. Дальше осталось только одно.

— Ваааааагх! — заорал я во всю мощь своих лёгких, бросаясь вперёд на обожжённых врагов и раскалывая первый череп шестопёром.

Дезориентация троллей была не долгой, но четверых самых первых я упокоить успел, благо у них похоже пострадали от огня глаза и они меня даже не видели. А потом пришлось принять на щит удар одной дубины, что летела сверху вниз и уворачиваться от широкого бокового замаха. Духами клянуть, когда ствол дерева пролетает у тебя вплотную к подбородку и обдаёт ветерком — это страшно. Но к моему счастью троллей рядом со мной как раз осталось двое. Провалившегося в широком взмахе я ткнул Грондом в харю и уходя от нового удара его товарища добил уже своим размашистым ударом. Последний противник в силу отсутствия у него защиты больших проблем не доставил. Его удалось подловить и ударить по колену опорной ноги, а потом быстро разбить голову лежачему. Михалыч исправно оттянул на себя троих противников, налетев на них со спину справились вдвоём и с ними.