— Защитить, да? — переспрашивает собеседница. — Значит, вы готовитесь к страшной войне?

— Такой исход весьма вероятен.

Еще несколько минут они молчат стоят у костра, пока эльфийка не озвучивает две странные просьбы.

— Не могли бы вы дать мне какое-то имя? Я не могу вспомнить ни одного. Возьму хотя бы псевдоним.

Гектор смотрит по сторонам, пытаясь придумать что-то нормальное. Вокруг лишь звезды, горы, снег и одинокий костер. Это вызывает в памяти легенду из Треста Альманди про служительницу богов, которую по ошибке изгнали из родной страны, и она отправилась как раз таки на север, где и сгинула без следа. Её звали…

— Мината. Хорошее имя?

— Думаю, что да, — кивает эльфийка. — Спасибо. А еще не могли бы вы взять меня с собой в ваше путешествие, чтобы потом мы вместе вернулись в вашу страну, где у меня появится шанс встретиться с тем эльфом, который Трибун Молний?

Трибун Огня отвечает не сразу, ведь не собирался никого брать с собой. Особенно, если речь о незнакомой эльфийке. Воспоминание об изгнаннице Минате заставляет фантазировать на тему того, что к его костру подошел просто злой дух снежных пустынь под маской блуждающей девушки, или сама душа Минаты, которая не обрела покоя в холодном аду, куда не достигает свет священного солнца.

«Нет, она не дух и не беспокойная душа», — все же решает Гектор и отвечает согласием. Сейчас нет ни одной причины отказать.

— Еще раз спасибо, — на лице Минаты расцветает улыбка. — Я не знаю, что умею, но уверена, что смогу пригодиться. Вряд ли при мне просто так находятся доспех и меч. Чувствую, что я умею сражаться.

— Очень надеюсь, что эти умения нам не пригодятся. Если хотите поспать, могу посторожить первым.

— Не стоит, чувствую себя хорошо, хоть всю ночь могу скакать.

— Что же, тогда я первый, — тифлинг ложится на теплый щит, нисколько не беспокоясь о том, что новая знакомая может украсть лошадь или воткнуть нож в горло.

Проснулся Гектор через несколько часов, сумев-таки замерзнуть. Мината по-прежнему находится рядом, вычищая шерсть коня Трибуна Огня и убирая собравшиеся комочки.

— Я не просил ухаживать за моим конем, — замечает тифлинг, поднимаясь на ноги.

— Я знаю, просто захотелось. В прошлом я наверняка любила лошадей.

— Кто знает… — на удивление Гектор чувствует, что выспался очень хорошо, несмотря на то, что спал не на уютной кровати в своем доме.

Они быстро собрались и поскакали дальше, благо рядом с горами снега становится меньше. Тифлинг изредка поглядывает на странную попутчицу и не думает, что она врет о потере всех воспоминаний. Только тот, у кого память стала чистым листом, будет с таким интересом разглядывать ничем неинтересные пейзажи снежных краев, а потом расспрашивать о вещах, которые знает каждый ребенок в Тресте Альманди.