Елин вздрогнул, видимо осознав какие. Непроизвольно сжал коленки, и ухватился рукой за сердце… А может за то что с недавних пор аппетитно выпирало над ним. Второй рукой потянул вперед розовые волосы. Задумчиво помял… Весьма длинные и привлекательные, особенно с учетом небывалой редкости… И привлекательности… Особенно для крупного типа, сельских, волосатых, не часто моющихся мужчин…

Часто заморгал…

— Я понял… — произнес полушепотом он.

— Что⁈ — уточнила, прекрасно все услышавшая Алинилинель.

— Понял! — произнес он громче.

— Что-о-о?!! — опять, как будто не слыша пропела Алинилинель.

— Понял… ла… — шмыгнув носом и потупившись, произнес Елин, наконец, вняв.

— Вот и умница! — похвалила его Алина. — И помни, девочка должна быть воспитанной, скромной и… Озвучивать только каждую десятую мысль пришедшую в ее прекрасную голову. И только тщательно обдуманную. Или хотя бы до конца… Иначе мальчики посчитают тебя, умалишённой, ясно Солнышко⁈

— Но я же… — начал было Елин.

— Теперь девочка, как внешне, так и внутренне. И мыслишь также. Так что и маскироваться особо не нужно. Все и так вполне… заметно. Только к окончаниям привыкни, и все.

— Да, я понял… ла… — снова с заминкой произнесла розововолосая.

— Молодец Елинчик!.. — похвалила Алинилинель, воодушевляющее кивнув. — Уже значительно лучше. Осталось лишь немного потренироваться… И еще…

— Что? Соответствующе одеться⁈ — пришедший в себя Елин огляделся, опять несколько иначе, чем обычно. В смысле, обычно ему было все равно…

— Фу-у-у!!! Я весь в паутине! И в листьях… И в ветках! И в чем это еще⁈… — вглядевшись в пятна и потянув носом, сам у себя уточнил он. Скривил свое пухленькое личико сраженный загадочным ароматом. — Я грязный как чума! На кого я похож!!! — он завертелся на месте, разглядывая себя со всех сторон, похоже позабыв обо всем. — А как я воняю!!!

— Да… Ты определенно права… — согласилась Алинилинель, безнадежно вздохнув, видимо по поводу вернувшихся окончаний, а может быть, всего букета вместе, — но я имела ввиду совсем другое…

— Новую обувь⁈ — уточнила голубоглазая, с отвращением разглядывая, многослойную грязь на своей.

— Нет!!! — неожиданно сорвалась Алинилинель, похоже зверея. — Имя! Я имею ввиду имя! Не шмотки не прически не белье… А самое главное!

— А вши? Я определенно чешусь… — розововолосая заскреблась, причем попеременно сразу в нескольких местах. — Или это клопы⁈ — задумчивость переросла в озабоченность. — Кусаются то как!

— Нет у тебя вшей! Как и клопов… В такой грязи они не живут! — Алинилинель часто задышала, но вдруг, похоже, вспомнила предмет разговора. Да Елин кого хочешь, выведет из себя, а уж теперь…