— Ну как прошёл разговор с дядей?

— Отлично. Он угрожал мне, говорил, что откажется от меня, если я буду себя плохо вести.

— Нет, он так не сделает, — печально вздохнула сестрица, шлёпая по мелким лужицам, поблескивающим на тротуаре.

— Я того же мнения. Но то, что у него в голове бродят такие мысли — уже хорошо. Легче потом будет заставить его действительно пойти на этот шаг.

— Да как ты его заставишь? — совсем пригорюнилась Мария.

— Придумаю. Или можно пойти по иному пути. Он мне не очень нравится, однако его не стоит сбрасывать со счетов. Дядя же любит деньги, так почему бы нам не заплатить ему, скажем так, отступные за нашу свободу? Конечно, мне не хочется этого делать, но как один из вариантов такой способ стоит держать в голове.

— Так он если и пойдет на это, то заломит такую цену, что ой-ё-ёй! — выдохнула сестра, глянула на вход в метро и стала спускаться под землю. — Нам и за пару лет не заработать такую сумму.

— Всяко может быть, — пожал я плечами, прикидывая, что как минимум месяц у меня есть.

Хотя, блин, в первую очередь надо решить, что делать с падшим ангелом. И чует моё сердце, что у него-то точно есть способ, как заработать много денег в сжатые сроки. Только, надеюсь, что у него правильное понимание морали и воспитания, а то ещё посоветует мне пойти на панель. Говорят, среди аристократов есть те, кто готов платить большие деньги за утехи с молодыми мальчиками.

Тьфу, блин, что за мысли лезут в мою многострадальную голову?

Я поморщился и с написанным на физиономии отвращением пробрался в уже забитый битком поезд. Он довёз нас с сестрой до нужной станции, а потом мы добрались до универа и разделились в многолюдном холле. Мария пошла на лекцию, а я двинулся в подвал. Сегодня тренировка у князя Георгия Александровича.

— Миша! — возбуждённо заорал Гришка, сияющий, как юбилейный рубль. Он поджидал меня около лестницы, видимо, стремясь поделиться впечатлениями. — Миша, это было нечто…

— … Ты о чём? Какой-то особо лютый алкоголь нашёл? — иронично проговорил я, принявшись медленно спускаться по ступеням, чтобы друг успел вывалить на меня дымящийся ворох подробностей.

— Какой алкоголь? — вскинул он брови, подался к моему плечу и свистящим шёпотом выдал: — Мы с Кузнецовой… того… этого…

— Книги читали всю ночь? Говори конкретно, не темни.

— Да ты чего какой непонятливый? Я комнатку снял в гостинице. И мы это… обнимались и целовались.

— А-а-а, сексмарафон или так — спринт? — усмехнулся я, двинувшись по знакомому коридору с плакатами, на которых молодые люди выполняли различные магические пассы.