— Я вот только не пойму, почему их здесь так много? — прокричал Кир. — Они же сказали, что всё зачистили.

— Всё просто, — хмуро произнёс я, добивая своего противника. — Это самоны.

— Чего? — не поняла Лина.

— Самоны! Их вон та хрень призывает, — я указал им направление, и с их стороны донеслись тихие проклятья.

И я их прекрасно понимал. Сам с трудом сдержался.

Босс определялся как Призрачный призыватель. Он был раз в десять больше тех призраков, с которыми мы пока-что успешно расправлялись.

Мы сбились кучкой и направились в его сторону. Медлить мы не стали, так как если предположить, что лимита на призыв у него нет, то каждая минута промедления играла против нас.

Чтобы добраться до него, нам было необходимо пройти всего-то сотни две метров. Вот только уже спустя десяток, мы сильно замедлились. А спустя ещё пять, полностью остановились.

Судя по всему, мои предположения оказались верны. Хотя нет, не так. Я угадал с тем, что он призывает призраков с определённой периодичностью. Вот только я не учёл один момент.

Этот гребанный Призрачный призыватель размножался тут всё время с момента своего появления. И занимался он этим, не покладая, кхм, рук. Если они у него вообще были.

В любом случае, всё, на что нас хватило, это пройти пятнадцать метров. После этого мы отбивались ещё минут двадцать. Вот только в итоге, нас просто погребли призрачными телами.

А ещё мы выяснили, что эта тварь умеет стрелять крайне неприятными энергетическими сгустками. Лина, в которую угодил призрачный снаряд, даже пикнуть не успела, как из её тела вышибло дух. Фигурально выражаясь, конечно же.

Сёме такой снаряд попал в руку, которая моментально перестала функционировать. Из-за этого он не успел отбиться от очередного призрака, который воспользовался его беспомощностью и послужил первым камешком, который вызвал цепную реакцию.

Атаки призраков ослабляли и слегка замедляли. Ерунда, когда ты полон сил, и полный провал, когда ты уже еле дышишь.

По итогу, Сёма проиграл свою битву. Пал смертью храбрых. Ладно, хоть не навсегда, а не несколько часов. Кир пережил его меньше, чем на минуту. Если быть до конца точным, то всего на семь секунд.

Когда я остался один, то попробовал вырваться из окружения, расчищая себе дорогу менталом и заряженной им верной цепью. Получилось у меня это, признаюсь, с трудом.

Если бы не наличие паразита в моей голове, который маскировался под симбионта, то я, возможно, плюнул бы и не стал идти до конца. Но вот возможность потерять даже малую часть себя меня сильно мотивировала.

По итогу я всё же вырвался из окружения и даже, пользуясь подвернувшейся возможностью, устроил локальный геноцид. Слишком сильно мне разойтись не дали, буквально завалив призрачными «телами».