Пришлось выкладываться на полную. Лёгкое, на первый взгляд, задание оказалось с подвохом. Вопрос был в том, кто из нас двоих выдохнется быстрее? Знать бы ещё, есть ли у него какие-то временные ограничения? Ведь если он может поддерживать такую трансформацию долго, то мои перспективы туманны.
Нет, у меня был ещё один козырь. Я же так и не выпил зелье Мутака. Ни одно из них. Может настало его время?
Очередным удачным ударом мне удалось отсечь ему пару пальцев, и мы разорвали дистанцию. Он со злость смотрел на меня. Я судорожно доставал пробку из бутылька. Судя по сузившимся зрачкам, он заподозрил меня в попытке принять допинг.
Стремительная атака должна была помешать мне насладиться результатом алхимической деятельности Мутака. Вот только я оказался быстрее.
Жижа потекла в пищевод, не задерживаясь во рту. Смаковать я её точно не собирался. Да и не до этого как-то было.
По телу пробежала волна бодрости, за ней вторая, третья.
Я бросил взгляд на оставшееся времяДвижа и насел на своего противника. Судя по его растерянному виду, он не ожидал от меня такого напора.
Всё чаще мне удавалось оставить на его теле раны. Вот только по-настоящему серьёзно его задеть, так и не получалось. Он постоянно умудрялся либо отскочить в сторону, либо подставить под удар руки-лапы.
Меня это жутко бесило. Я чувствовал, как секунды буквально просачиваются у меня сквозь пальцы. Вот только и его движения начали постепенно замедляться. Судя по всему, у меня получилось невозможное. Я смог его слегка измотать!
— Дэн! Дэн! ДЭЭЭН! — услышал я крик Ронга сквозь рычанье Вульфа и стук своего сердца. — Второй отряд показался!
Глава 26
Крик Ронга услышал не только я. Вульф вдруг слегка сбавил темп.
Решил дождаться подмоги? Ну уж нет!
Я усилил напор, размахивая крюком, как вентилятором. Я решил, что раз он прикрывается от моих ударов руками, надо их ему укоротить. А-ля Венера Милосская, боди позитивная версия.
Очередной взмах крюком избавил Вульфа от левой кисти. Одновременно с этим бью менталом, заставляя замереть противника на пару мгновений.
Мне хватает одного, чтобы оказаться у него за спиной. Лезвие крюка упирается в горло с такой силой, что по его шее начинает стекать кровь.
— Сдавайся! — рычу ему под ухо, не хуже, чем он сам.
— Это позор! Лучше умереть!
В голове лихорадочно проносятся мысли. Терять такого воина не хотелось бы. Во-первых, неизвестно кого ставить во главе его отряда. Во-вторых, он сам по себе очень сильный боец. И что делать?
Позор!
Позор?
А что если…
— Или ты признаёшь мою победу, или я тебе сначала хвост отрежу, потом уши, а потом вспорю тебе брюхо, как свинье!