Удар был такой силы, что он выключился на пол минуты. Когда же приятель пришел в себя, в живых оставалось всего два монстра.

Видя, что я справляюсь, он подлечил себя на весь резерв, после чего даже попытался мне слегка помочь, потыкивая тварей с безопасного расстояния своим копьём.

Урона он особо не наносил, но отвлекал и раздражал их знатно.

— Ты как? — спросил я его, добивая последнего противника.

— Да меня словно лошадь лягнула! — ответил он, потирая грудь.

— Есть печальный опыт? — решил поинтересоваться я.

— Нет, — покачал он головой. — Но если бы меня действительно лягнула лошадь, то ощущения, подозреваю, были бы идентичны.

— Как скажешь, — усмехнулся я, не став развивать тему. — Переломы есть?

— Да пока нет, — ответил он, прислушиваясь к себе.

Сделав небольшой перерыв и дождавшись, когда он придет в относительный порядок, мы двинулись дальше.

Вот только нам не повезло. Дважды.

Первый косяк был в том, что мы наткнулись сразу на пятерых громохватов. Неприятно, но, в целом, не смертельно.

Вот только второй косяк был в том, что один из них нас заметил. И привлёк к нам внимание остальных.

Пришлось побегать.

Я вырвался вперед и скрылся в примеченном ранее узком проходе между домами.

Спустя несколько секунд, мимо пробежал Семён, даже не заметив меня. И да, похоже на то, что в прошлый раз мне всё-таки не показалось. Сёма действительно издавал странные звуки.

Он пробежал слишком быстро, но что-то типа «мамочки», «божечки» и «да ну всё это нахрен», я расслышать успел.

Спустя ещё секунд шесть-семь, мимо промчался первый преследователь. С отставанием в пару секунд пробежал второй.

А вот в третьего я ударил менталом.

Не ожидая настолько подлой атаки, громохват кубарем покатился по камням. В него тут же влетел четвертый монстр. Пятый успел затормозить, но тут уже я ударил его в спину.

Надеялся оглушить или хотя бы серьёзно ранить, так как бил из неудобного положения, но монстр рухнул мёртвым кулем. Перепрыгнув через него, я бросился к поднимающейся с земли парочке.

Падение не прошло для них даром, и их тела украшали раны разной степени тяжести. Жаль только, что слишком серьёзных я не увидел.

Они стояли друг напротив друга и рычали. Тот, что стоял ко мне лицом, которая у него морда, увидел меня и зарычал, приготовившись к прыжку.

Второй принял эти действия на свой счет, и, к моему удивлению, вдарил их фирменным приёмом. Это который с подниманием передних лап, ударом ими по земле и запуском звуковой волны.

Не ожидавшего такой подляны громохвата словно ветром сдуло. Сильным таким ветром. Я бы даже назвал такую картину «Унесённый ветром»!