вороненком жил у ведьмы. Но мне этого было мало. – Что еще? Куда подевалась женщина? – Ее не стало. Темнота, страх, потом… какая-то тень. Кто-то побежал к деревьям. – Мужчина, женщина? – Нет, морф. – Уверен? – Да. – Какое животное? – Не разглядел. Темно. Небольшой, бежал на двух ногах. А в руках что-то держал. Похоже – револьвер и бумажник. Я без сил опустился на стул: час от часу не легче! Еще один морф, причем мне незнакомый. Какой зверь? Руки, ноги… Обезьяна? По размеру небольшой… Значит, мартышка? Тогда все сходится. Убийца, похоже, действовал по такому плану: где-то переодевался «черной вдовой» и в таком виде подходил к казино. В темноте поджидал жертву, совершал убийство, мгновенно перекидывался в мартышку (одежда, понятное дело, была не простая, а тоже магическая), подхватывал бумажник, револьвер и скрывался. Скорее всего, он залезал на дерево и ждал, когда всё успокоится. Затем в виде мартышки он возвращался в свое убежище (скажем, через открытое окно) и снова оборачивался женщиной в черном. А затем переодевался в нормальную одежду. Не идти же ему по городу в женском платье в виде «черной вдовы»? Из дома выходила уже не дама… а кто? Пока не знаю. Но хочу выяснить. Я был практически уверен: наша Смерть – переодетый мужчина. Причем, как мне показалось, достаточно молодой… Около десяти часов утра меня разбудил телефон. Звонил Савелий, и голос у него был крайне встревоженный и озабоченный. «Надо срочно встретиться! Жду в управлении!» Я обещал быть – следовало обсудить то, что произошло. Савелий выглядел бледным и где-то даже слегка пришибленным: – Начальство… – ответил на мой немой вопрос. Сегодня в утренней газете вышла статья одного из самых известных наших репортеров, господина Колебанова, в которой он в самых ярких красках, со всеми подробностями расписывал убийства возле казино, в том числе – и последнее. И задавал вопрос: «Если власть неспособна защитить своих граждан, то не пора ли ее поменять?» Удар, само собой, был направлен на мэра, Евстратия Павловича Мороза. Более чем понятный намек: уходи в отставку сам, не позорь седины! Все равно выборы, считай, уже проиграл… Попутно досталось и нашему полицеймейстеру, Антону Федоровичу: он, мол, только в бридж хорошо играет, а свои прямые обязанности исполняет крайне неважно. В общем, как я понял, наступление уже началось, причем сразу по всем фронтам. Выход был один: в кратчайшие сроки найти даму в черном, арестовать и успокоить общественность. Господин Мороз, прочитав за утренним кофе статью Колебанова,