– Открыто!

В дом вошел мужчина лет шестидесяти, с жиденькими усами, торчащими волосами, одетый в сальную телогрейку поверх майки сомнительной свежести, старые спортивные штаны и резиновые сапоги, на которые мы бросили хищные взоры.

– Здорово, хозяйка! – сказал мужчина и ощерился, обнажив частичное отсутствие верхних зубов. Оставшиеся отливали металлическим блеском.

– Привет, дядь Лёня, – беззаботно ответила Агата. – Чайку выпьешь, или тебе чего покрепче налить?

– Можно и покрепче, если не жалко, – обрадовался дядя Лёня и торопливо уселся за стол. Агата поставила на стол тарелку и рюмку, я налил гостю водки. Он вопросительно поглядел на нас, но мы отрицательно покачали головой, после чего торопливо хлопнул рюмашку, сморщился и закусил огурцом.

– Я чего пришел-то, – прокашлявшись, сказал дядя Лёня. – Вопросик у меня: а не случилось ли у тебя, Агатушка, этой ночью чего-то непредвиденного?

Я насторожился, Агата прищурилась и посмотрела на гостя с подозрением:

– Например? – спросила она.

– Ну, например, не забрался ли к тебе кто? Я вчера видел, что ты гостей принимаешь, и поначалу подумал, ну, всяко бывает, а потом ты так орать с утра начала… Вот я и подумал, не случилось ли чего?

– Да случилось, случилось, – раздосадованно ответила Агата. – Какие-то мерзавцы влезли на участок ночью и зачем-то раскопали теплицу, все саженцы повыдирали, ямы оставили.

– М-м-м, – промычал дядя Лёня. – Значит, к тебе тоже?

– Что значит – тоже? – привычным тоном опытного следака осведомилась Агата, у которой уже вспыхнули глаза, предвкушающие охоту.

– Да дня четыре уже такая оказия. Вчера к Ильиничне залезли, это слева от тебя. Позавчера ко мне. А третьего дня к Петровне, это за три дома от нас. И ведь лазят только на участки с теплицами, где их нет, обходят стороной. Ничего не крадут, приходят ночью и роют. Все в тишине. Я вчера увидел, что у тебя в теплице вроде как фонарики мелькают, но подумал, может, все-таки ты, хотя чего бы тебе ночью было там ковыряться… Но мало ли, заморозок обещали, может, ты посчитала, что теплицы недостаточно, вот и встала ночью укрыть грядки.

– Что за ерунда? – удивился я. Алекс, кашлянув, предположила:

– Может, это… как их называют… тимуровцы? А что? Я как-то книжку читала, были такие в начале века, приходили по ночам, перекапывали огороды, воду таскали, помогали… этим… того… пожилым…

Агата одарила Алекс таким взглядом, что та поперхнулась и чуть под стол не полезла. Я подумал, что «пожилую» Агата непременно моей девушке припомнит, поэтому вмешался:

– А давайте-ка прогуляемся по этим участкам. Надо же понять, чего там роют эти тимуровцы.