— Я вам чуть позже объясню, — ответил Лесков. — Главное, ничего не делайте. Возвращайтесь по своим местам, пока вас не спохватились. Этот хаос снаружи сейчас нам даже на руку.

Друзья растерянно проводили Лескова взглядом, когда тот быстрым шагом направился прочь из госпиталя. С одной стороны им чертовски хотелось ослушаться Дмитрия и поступить так, как советовали ему несколько минут назад. Но с другой стороны Лесков попросил подождать, и его друзья были склонны ему верить.

Что произошло потом, они могли лишь догадываться.

Вскоре в подвал госпиталя пожаловал Полковник в сопровождении Дмитрия и группы солдат. Теперь уже допрос продолжили они, а Лесков лишь ходил по комнате, изо всех сил пытаясь скрыть свое волнение. Как только его влияние на Антона Николаевича закончится, придется сильно постараться, чтобы снова не загреметь за решетку. В свою очередь пленник по-прежнему вел себя, как исключительно сговорчивый и глубоко раскаявшийся человек. С Полковником он разговаривал на английском, благо, военный владел им в совершенстве, поэтому Эрик мог продемонстрировать весь свой богатый запас услужливых слов.

Через четверть часа допрос завершился так же внезапно, как и начался, словно кто-то щелкнул пальцами в воздухе, а затем Полковник вдруг объявил, что решил отпустить пленника на свободу. Выражения лиц солдат нельзя было передать словами, но еще более ошарашенным выглядел сам наемник.

«Эти русские настолько ненормальные, что поверили мне?» — лихорадочно думал он. «Шестилетние дети менее наивны».

Однако происходящее действительно не было злым розыгрышем: вскоре Эрик действительно получил свои вещи назад, разве только записи, сделанные на крохотную видеокамеру были стерты. Вернули даже заряженное оружие, которое Фостер конечно же, не рискнул направить на своих милосердных врагов.

— Больше никогда не возвращайся, — сухо произнес Лесков, посмотрев Эрику в глаза, и парень послушно кивнул.

Добраться до Адмиралтейства Фостеру не составило труда, разве что пришлось серьезно повозиться с тем, чтобы активировать телепорт русских. На это ушло около получаса, но наконец машина заработала, и Эрик шагнул в портал.

В Сиднее солнце уже клонилось к закату. Фостер улыбнулся, когда один из операторов, отвечающих за активацию телепорта на их стороне, поприветствовал его и спросил, как все прошло.

— Как всегда, — тихо произнес Эрик. — Одна пуля в сердце, другая в голову.

— Поздравляю! — оператор довольно хмыкнул. — Как вы и просили, я отправил известие о вашем прибытии, как только вы зашли в телепорт с российской стороны.