Я взглянул на описание. На картинке был изображен голубой шарик, вроде тех, что дарят на рождество. В них еще снег плавает хлопьями. И в этих тоже кружился внутри, только вот описание гласило, что это ни разу не детская игрушка.

Граната истинного хлада. Эпический ранг, как и мой револьвер. Средний радиус поражения, три заряда. Я перенес два из них на другую карту и протянул Путному.

— А я был уверен, что ты себе все оставишь, — улыбнулся он.

— Хватит уже. Мы либо вместе выйдем, либо все тут сдохнем. Так или иначе, надо работать в команде. Две тебе, одна у нас. Сам распределишь.

— И что, даже денег не возьмешь? Представляешь хоть, сколько одна такая стоит?

— Говорят, на том свете инфляция высокая, так что деньги не пригодятся. А на этом, как-нибудь да заработаю.

— Странный ты, Деви, — усмехнулся Путный после паузы. — Еще крафтить будешь?

— Если есть материалы, то лучше усилиться, — серьезно ответила Заноза. — Так что да, собирай все, что есть.

Путный кивнул и пошел к своим. Заноза же устало опустилась на ближайшую бочку, чтобы перевести дух.

— Помощь нужна?

— Не в этот раз. Лишь мешать будешь. Держи, из остатков сделала. Может пригодиться.

Она протянула мне еще одну карту. В ней лежал всего один патрон для огнестрельного оружия, но был все с тем же аспектом хлада.

— Могу у ребят однозарядный пистолет взять под него, — кивнула Заноза.

— Нет. У Сборщика Душ есть свой особый шарм. Спасибо.

Весь день и вечер мы провели возле мастерской. Затем как-то по привычке вернулись в парк, где была безопасная зона, хотя во всем кольце если и были чумные, то игроки вырезали всех до последнего.

Среди отряда нашлось пару сканеров со способностями к поиску. Один, правда, погиб при зачистке угодий.

Вечером была пьянка. Без песен и плясок, но с крепким алкоголем, задушевными аккордами Седого и такими же разговорами. Мы допивали все, что горело, доедали то, что откладывали на черный день, смеялись, болтали и веселились как могли.

Но все это было больше похоже на пир во время чумы. И печать какого-то злого рока довлела над лагерем. Все понимали, что завтра нам идти на битву с боссом и не факт, что кто-либо вообще выберется живым с испытания.

И уж точно мы не выйдем тем же составом, что и зашли. Всего нас осталось сорок семь человек. Кто-то не выдержал, психанул и отправился в испытание раньше времени. Другие пали в боях, зачищая оставшиеся угодья. Но были и такие, что просто пропали. И последних было больше всего.

Люди просто уходили вечером из безопасной зоны и больше их никто не видел. Следопыты, обладающие соответствующими навыками, говорили, что люди заходили в брошенные дома. А за порогом их следы словно растворялись.