А вот с полуторным мечом получалось не очень. Камень моментально терял в мобильности и скорости. И если до этого он был похож на неторопливую кобру, которая плавно перетекала из стойки в стойку, периодически нанося быстрые и точные удары. То сейчас больше напоминал пьяного броненосца, переминающегося с ноги на ногу и периодически огрызающегося короткими выпадами.

Но это все еще куча брони и возможность атаковать в ответ. Ладно, всяко лучше, чем было день назад, так что и жаловаться не будем. Обкатаем все это дело в бою, там глядишь и придумаем чего получше.

На этой ноте мы и вернулись к столу, собранному из палет, установленных на бочки. Виз уплетал за обе щеки что-то из глиняного горшочка, а Заноза пыталась всунуть ему в руки ложку. Пацан, который всю жизнь так ел, вообще не понимал, зачем нужен лишний посредник между ртом и едой, когда он и руками прекрасно справлялся.

Доедали уже при свете спиртовых горелок, что было крайне странно. Потому что круг света несколько резко обрывался в непроглядный мрак. Поэтому по углам я старался лишний раз не смотреть. Создавалось впечатление, что вокруг нас всего лишь декорации, которые на ночь убирают. И если выключить свет, то мы просто провалимся в ничто.

Но это чувство быстро улетучилось, пока мы сидели в кругу за одним столом и наслаждались ужином. Виз уговаривал Павука «нормально» помыться в пластиковой ванночке с машинным маслом. Машинерия явно капризничала и пыталась выбраться, но получалось у нее слабо, из-за разнокалиберных конечностей.

Седой достал откуда-то фляжку с чем-то настолько крепким, что даже у меня глаза заслезились, хотя я сидел от него через весь стол. Похоже, у музыканта не только хорошо развит слух, но еще и нюх, потому что еще утром этой фляжки у него не было.

Затем он взял гитару и снова тихо перебирал струны, даже не пытаясь сыграть что-то большее. А мы его и не торопили. Заноза отсыпала колкости, но такие, по доброму, от хорошего настроения. Камень постоянно что-то спрашивал, а я просто старался поддерживать беседу.

Когда Виз уснул, положив голову на колени Занозы, Павук пристроился рядом. Сложил свои лапки, став похожим на кусок металлолома, валяющийся на полу.

Вскоре все разбрелись по углам и легли спать. Заноза расстелила свою шкуру, которую где-то достала еще до нашей встречи и устроила Виза рядом с собой. Камень помог его перенести, неловко потоптался, но все же ушел в другой угол.

Этой ночью спали все. Никто ни за кем не следил. Разве что посреди ночи кто-то прошуршал металлическими лапками через весь ангар и наглым образом перевернул ванночку с машинным маслом. Но так как никаких скрипов не было, то никто и не проснулся. Свидетелей не нашлось, а потому преступление останется неразгаданным.