Убедившись, что вокруг никого нет, я одним рыком преодолел разделяющее нас расстояние и вскочил на сцену. Один размашистый удар и… гвозди застревают в голове чумного. Почему я не могу как Седой хотя бы? Чтобы черепушки эффектно разлетались на куски, словно глиняные горшки?

Но после второго удара мне пришло сообщение о начисленном опыте и осколке души. Кстати, теперь их ровно сто и у меня снова есть череп в запасе.

Я подхватываю золотой меч, чуть не выпавший из ослабевшей руки чумного. Легенький и довольно изящный. Рядом покачивается второй чумной в костюме быка. Я даже не собираюсь его убивать, лучше поторопиться на выход, вместо того, чтобы пытаться пробить битой эту толстую маску.

Только вот противник другого мнения. Актер наклоняется, будто собирается боднуть меня плюшевыми рогами. А затем резко именно это и делает. Я не совсем понял, что произошло. Вот чумной медленно раскачивается из стороны в сторону, в своем нелепом пухлом костюмчике. Вот сияет в кои-то веки сработавший щит. Вот я натурально лечу по воздуху, падаю и сшибаю своей тушкой сразу несколько рядов скамеек.

В этот момент чумной актер ревет, словно он настоящий минотавр. Хватает руками себя за грудь и разрывает ее. Ну, то есть костюм. А затем то же самое происходит с маской и я понимаю, насколько попал.

Это оказался нихрена не тощий чумной в огромном костюме монстра. Это оказался здоровенный, накачанный минотавр в тоненьком костюме минотавра.

Передо мной на сцене стоял мускулистый человек с все теми же фиолетовыми венами. И габаритами он превосходил любого охранника, лишь немного уступая тому бугаю из личной свиты не доктора Блейза.

Только у этого парня реально была бычья голова с огромными окровавленными глазами. Я даже отсюда видел огромный шов на шее с толстыми грубыми стежками. Будто охраннику отрезали родную голову и степлером прибили на ее место бычью. И по какой-то безумной логике этого мира, такое «лечение» сработало, а пациент явно жив, нежели мертв.

И сейчас эта туша смотрела на меня бешеными глазами, пуская из огромных ноздрей натуральный пар. Только не говорите, что у него там и секира есть.

— Накаркал, — прошептал я почему-то вслух.

Минос наклонился и достал откуда-то из-за кулис огромную булаву. Взревел, перекрывая даже звук сирены и двинулся на меня.

— Бежим, — заорал я, вскакивая на ноги.

Но это было лишним. Потому что Седой и Заноза уже неслись по мощенным дорожкам в сторону выхода. Я бросился следом, притом быстро нагоняя. Прямо за спиной слышались тяжелые удары копыт и рев взбешенного существа.