Только вот при ней ни карт, ни оружия.

— Тут не безопасно, — произнес главарь и убрал обрез за спину. Протянул руку, — Кирпич.

О как. Символизмом так и прет. Не я один такой, получается.

— Девиант, — пожал я крепкую ладонь Кирпича.

— Девиант, — покатал он слово. — Странное имя. Учти, в Чертогах случаям можно называться только тем именем, которое присвоил тебе Амодеш. Сокращать можно, другие имена, клички, погоняла не чирикай. Хреново станет сразу. Это негласное правило хозяина этих мест.

Вот, что тогда с Крысом случилось? Получается, тут все имена говорящие? Хотя, судя по Кирпичу и его харе, некоторые будут малоинформативными.

— У нас тут лагерь неподалеку, — продолжал Кирпич. — Мы пока только осматриваем арену, но уже нашли немало интересного, чем поживиться. Пошли, перекусим на дорожку, да побалакаем. Это Шаполах, Бледный и Фарадей. Он сменил имя в городе на родное, ты тоже сможешь, когда выберемся отсюда.

Еще одна удочка на прокачку доверия. Мы выберемся. Читай между строк — делай, что я говорю и будешь жить.

Шаполах был смуглым лысым парнем с обилием железа в носу, ушах, бровях и, уверен, кое-где еще. А еще с татуировкой черепа на черепе. Уверен, он из тех странных людей, которые набивают слово «пятка» на пятке. Ну на кой тебе череп на лысой голове рисовать?

Бледный оказался краснощеким кучерявым пухляшом среднего роста, похожим на булочку. Если бы не хмурая физиономия, мог бы стать отличным переговорщиком, внешность располагала. Так и хочется взять и потрепать его за пухлую щечку, приговаривая «утю-тю».

А вот к Фарадею я присмотрелся особенно чутко. Из всей четверки, он единственный, помимо Кирпича, не нервничал при виде гончей. Уверен, эта парочка знает друг друга давно, а с остальными познакомились уже в Чертогах.

Крепкий поджарый мужчина лет сорока на вид. Короткий ежик седых волос, впалые глаза и очень цепкий взгляд. Постоянно собран, словно готов сорваться с места в любую секунду.

— Эй, а он не кусается? — впервые подал голос Фарадей.

— Нет, он вообще веган, — все четверо посмотрели на разорванное горло кошкодевочки и я решил уточнить, — Ну жрать-то он ее не стал.

По пути к лагерю я заметил несколько десятков зомби, которых здесь называли чумными. Уже мертвых… Снова… Окончательно, в общем. Ребята явно понимали, что тут к чему и быстро сообразили с кем имеют дело, так что с манекенами не церемонились.

По пути на нас вышло два чумных, и я смог воочию наблюдать очередное безумие этого места. Фарадей нацепил на руки что-то вроде помеси кастетов и рыцарских перчаток. Даром, что сорокалетний дядя, он сблизился с чумными одним рывком и прописал каждому по удару в жбан.