— Могут, но вряд ли, — ответил Слуга. — Им кормовой базы не хват. Одна, две, очень редко три. И третья уже здесь бы была…
Закинув винтовку за спину, он выхватил нож. Встал от Красочного со стороны хвоста, несколько секунд ждал… а после одним резким движением нанес удар. Красочный дернулся… и затих.
— Мишка, быстро, склянку и мешок из моего шкафчика.
— А…
— Да подождет остальное!
— Сейчас!
Кивнув, я сорвался в сторону дома. Пробегая через гостиную, бросил взгляд на деда — он все еще спал — свернул в коридор, к каморке Ефима.
— Какое правило-то⁈ — на ходу крикнул я. — Ты так и не ответил!
Главное правило при бое один на один… что противников всегда больше одного.
Ха! Звучало, конечно, нелогично, но мысль я понял. И, кстати!
— Никогда ты такого не говорил.
Значит сейчас говорю.
Да уж. Старик иногда такой Старик.
Добежав до шкафчика, я с осторожностью открыл потайной шкафчик, передвинув перед этим спрятанную защелку. Взял все, что нужно. И метнулся обратно к Ефиму.
Очень уж мне не хотелось пропустить то, что он будет делать.
— Принес? — спросил он, когда я вернулся.
— Вот.
Ефим забрал склянку и прохладный на ощупь мешочек. И после наклонился рядом с тельцем стрекозы.
— Это тройка? — спросил я с любопытством.
— Чего? — удивился старый Слуга. — Единица, двойка с оговорками.
— У нее же способность была!
— И что? — отмахнулся Ефим. — Неустойчивая, даже управлять ею не могла. Запомни, с сильной двойкой не каждое отделение справится, если у них боеприпаса на основе Краски нет. А тройка и слабого одаренного размотает. Про Красочных я вообще молчу.
Да, в этом Ефим был упертый.
Вообще, градацияКрасочных была довольно четкая. Семь рангов или семь уровней. Первый — самый слабый, и потом по нарастающей. Ефим же всегда называл это «гражданской дурью», придуманной теми, кто реальных Красочных никогда не видел.
«Настоящие» Красочные, по его словам, начинались только с четвертого ранга. А все, что ниже, это так, измененные животные, объевшиесяКраски .
В чем разница, он никогда не объяснял. Сам же я до этого даже таких вот единичек-двоек не видел.
— Меня научишь? — спросил я, следя за манипуляциями Слуги.
Опытными движениями он делал надрезы в чуть хрустящем хитине тварюшки.
— Да уж куда теперь деваться, — проворчал он. — Придется.
В ответ я с трудом удержался от торжествующего возгласа. А то я уже реально задолбался его уговаривать!
Старик-то меня не мог научить. В мирах, где он жил, Красочных не было. Ефим же напротив был если не профи, то точно знающим человеком. К тому же все последние годы он, по сути, в одиночку приглядывал за угодьями Звездных. Потому опыт как у добытчика у него был колоссальный!