— Я сам, — глянув на меня, отвечает дедушка и подаётся вперёд, опираясь кулаками на столешницу. — Итак. Вы все прекрасно знаете, что случилось. Убиты последние мужчины в роду Череповых, и в этом обвиняют нас.

— Только одного из нас, — замечает Юрий.

— Нет разницы. Если обвиняют одного — значит, обвиняют всех. Ты не согласен? — сверля сына взглядом, спрашивает князь.

— Допустим, ты прав. Прости, что перебил, — неожиданно покладисто отвечает мой старший дядя.

Сразу подозрения шевелятся в груди. Чтобы Юра так легко с кем-то согласился — подобного я ещё не видел. Может, он на успокоительных? Сегодня он даже не пьёт виски, что тоже удивительно.

— Мы пришли к выводу, что есть некий человек, который специально хочет столкнуть наши кланы. Мы дали ему прозвище «кукловод», поскольку он манипулирует людьми и применяет очень сложные интриги. Этот человек обладает немалой властью, связями и шпионской структурой внутри Династии. Его нельзя недооценивать, — объясняет Григорий Михайлович, строгим взглядом осматривая каждого, кто сидит за столом. — Сегодня мы должны решить, как найти и уничтожить его.

— Он не просто пытается столкнуть два клана, — вмешиваюсь я. — Его цель гораздо глубже. Может быть, он хочет забрать Династию, может быть… что-то ещё. Но он пытается заставить наш род враждовать между собой. Например, пытался убедить меня, что это дядя Юрий послал ко мне подставных гвардейцев в Рязани, чтобы сорвать сделку родов.

— Не понял, как это? — дядя переводит на меня взгляд.

— Он подделал ваш голос.

— Вот гандон, — усмехается Юрий. — Ладно, у вас есть предположения, кто это?

— Есть несколько. Мы думаем на князя Жарова, и ещё это может быть… — я смотрю на князя. Тот, тяжело вздохнув, кивает. — Ещё это может быть Ярослав Грозин, — заканчиваю я.

Алексей меняется в лице и смотрит на меня так, будто я вместо слов вдруг начал лаять.

«Что-то не так, дедушка? Вы не ожидали, что я знаю про вашего старшего брата, с которым вы можете иметь дела? Замминистра иностранных дел легко мог бы наладить связи с Европой…», — думаю я.

— Ярослав Грозин? Кто это? Наш родственник из побочной линии? — недоумённо глядя мимо меня, спрашивает Максим.

— Бред! Он мёртв и не может быть связан с этим! — вдруг подскакивает Алексей.

— Тише-тише, дядя, — вдруг улыбается Юрий. — Мне вот тоже стало любопытно, потому что я-то его помню. Смутно, но всё-таки. Я был ещё ребёнком, когда его изгнали из рода. Он ведь был старше и должен был стать князем, не так ли, папа?

— Да. Мы с Алексеем сделали так, что его изгнали из рода и из империи, — хмуро соглашается дедушка.