Теперь понятно. Тело, которое было найдено под обломками здания, принадлежало кому-то другому. Просто Сергей оставил свою личную печать на столе или где-то ещё, когда Оксана вытянула его на улицу.

— Что с Череповым? Он в порядке? — наконец-то я задаю наиболее важный для меня вопрос.

Вместо ответа Оксана достаёт что-то из кармана. Это оказывается телефон. Теперь уже она включает фонарик и светит на своё лицо.

Жуткая глубокая рана перечеркнула её красоту от середины лба до уголка губ. Ещё опухшая, яркая, хоть и зашитая, рана выглядит особенно жутко в свете фонаря.

— Вот чёрт. Оксана, мне жаль. Когда всё заживёт, тобой займутся лучшие пластические хирурги ДинаМед, обещаю, — непроизвольно делаю шаг в её сторону.

Не обращая внимания на мои слова, она говорит:

— Твой отец стоял гораздо ближе к зданию, чем я. Как думаешь, с ним всё в порядке?

* * *

Поместье Грозиных. В то же время.

— Дождёмся Александра, чтобы он полностью рассказал нам свой план, — говорит князь Грозин. — А мы с вами тем временем можем обсудить ещё кое-что.

— Да. Например, то, почему мы все слушаемся сопляка. Он уехал — обсуждение прекратилось, — произносит Юрий и недовольно цокает языком. — Как будто не ты здесь князь, отец, а он.

Григорий хмурится и собирается что-нибудь ответить, но его опережают:

— Привыкай, Юрец. Рано или поздно Сашка будет князем, придётся ему кланяться, — со смехом говорит Дмитрий.

— Ты вообще заткнись, шут гороховый. Что ты здесь забыл? — скалится в ответ Юрий. — Тебе всегда было плевать на дела рода.

— Не-не, здесь ситуация другая. Но ты вряд ли сможешь понять, что к чему. Эмоционального интеллекта не хватит, — отвечает Дмитрий.

— Чего, б***ь? Хватит меня провоцировать, это может плохо кончиться!

— Замолчите оба! — рявкает князь. — Сколько можно пререкаться! Мы обсуждаем крайне серьёзное дело!

— Отец, ты же видишь, он сам на меня зал****ся, — разводит руками Юрий.

— Хватит, прошу вас. Оба замолчите, — потирая лоб, устало произносит Григорий Михайлович. — Послушайте, что я хочу сказать. Помимо кукловода, у нас есть и другая серьёзная проблема.

— Что за проблема? — подаёт голос Виталий.

— Император всероссийский, — с улыбкой отвечает Алексей, и все ненадолго замолкают.

— Император-то здесь при чём? — бурчит Юрий.

— Ты ведь уже и сам знаешь, — говорит князь, — он отказался помочь нам предотвратить войну. Даже, наоборот, он будет очень рад, если польётся кровь. Мы с Лёшей думаем, что он может начать провоцировать наших и череповских вассалов, — хмуро Григорий Михайлович. — Поэтому нужно придумать план, как не дать ему разжечь войну и вместе с тем не подставить себя.