— А документы унесли? Где тут каюты экипажа?

— Вернёмся наверх, — предложил граф. — Если ищешь чего — могло и остаться, хотя часть бумаг бунтовщики пожгли и забрали, часть бумаг — унесли жандармы, вахтенный журнал, да ещё чего.

В рубке капитана, действительно, было пусто. В соседней комнате с табличкой «Начальник группы конвоя» — царил полный раздрай. Стол сожжён, по полу пепел, следы борьбы, запёкшаяся кровь, обрывки бумаги.

И портрет Императора на стене. Нетленный и нетронутый, что характерно. Недолго думая, я отодвинул его и ожидаемо нащупал нишу с отверстием для ключа.

Сейф. Проглядели заключённые? Или торопились просто?

— А ключа, разумеется, нет.

— Позвольте, Саша, — меня отодвинул Кристобаль, доставая крохотный фиал и отпивая менее половины. — Не думаю, что это поможет, но…

Крохотный синий элементаль нырнул в замочную скважину, послышалось вращение механизмов, как вдруг… красная вспышка, и густо поваливший дым с протуберанцем огнём чуть ли не ударил в морду.

— Что это за фигня? — я инстинктивно отскочил, сохранив физиономию.

И тут же сам понял. Даже озвучивать никто не стал, все же собравшиеся — алхимики, понимают, насколько сглупили.

Вполне очевидно, что сейфы в подобных местах защищают артефактами, и хранивший оборону элементаль огня сработал…

— Быстрее, быстрее! — снова заверещал, переходя на фальцет, Вишневецкий. — Ещё раз! Ещё раз ту хреновину, что ты исполнил, Кристоф!

Кристобаль на миг удивился, но тут же кивнул и сделал ещё один крохотный глоточек. Ещё один элементаль нырнул в скважину, снова зашуршал, заскрёбся… и затем дверь распахнулась, обдав нас клубом дыма и пламени.

Верную мысль озвучил граф, получается. Срабатывание было не вполне штатным — предполагалась-то защита от обычного взломщика, а мы ломали достаточно редким кинетическим эликсиром. Поэтому наш первый элементаль артефакт разминировал, и вторым дело удалось завершить.

Недолго думая, я отломал ножку недоломанного стула и быстро выгреб догорающие документы на пол.

Да. Приличная стопка денежных ассигнаций практически полностью сгорела. Тысяч пятьдесят, ну да фиг с ними. Не сгорел золотой слиток весом грамм тридцать. Это уже куда интереснее. Папка истлела не полностью — уж не знаю, планировалось ли её самосожжение в случае несанкционированного доступа, или нет, но целой осталась нижняя и задняя четверть.

Я прочитал — там было досье на десяток человек. Очень странное. Фотографии в профиль и в фас. Фамилия, имя, отчество, дата и место рождения, как полагается, ещё кличка, за что осуждён… но вот следующими графами были примерно такие: