Сергон нервно хохотнул.

— Тот голос, их Владыка, популярно объяснил мне, что ждёт нас… вас, всех тех, кто им не нужен. Против целой группировки у нас никаких шансов в прямом столкновении, а колдуны не позволят взять их манёвром и измором. Понимаете? — Голос Сергона дрожал, а он сам активно жестикулировал. Никто так и не двинулся с места: невидимая сила надёжно держала и людей, и дроидов. — Мы могли попытаться, но это принесло бы нам только погибель. Я не желаю для вас такой судьбы, и потому вы остаётесь здесь. Можете счесть это предательством, но бессмысленная смерть — последнее, что нам сейчас нужно. Не после того, как в подпространстве исчезла большая часть флота.

— Твои слова не лишены смысла, Сергон. Но ты правда считаешь, что они не найдут нас? — Ян совладал с первой волной эмоций. Поначалу он ещё мог обвинить друга в предательстве, но теперь… он и сам немало думал о том, что же они могут противопоставить второй группе кораблей Альянса, которая могла явиться вслед за первой. Покинуть систему Каюррианцы не смогли бы даже при всём желании, так как на расчёты требовалось время. Уповать на незаметность брошенных в дрейф кораблей? Авантюра чистой воды, ведь ищущий да обрящет. Цийенийцы, придил они сюда за местью, прошерстят систему и рано или поздно. но наткнутся на их корабли. Ситуация была безвыходной, и ни сам Ян с товарищами, ни Система не могли предложить достаточно надёжного варианта. — Что им мешает захватить тебя, а после найти нас и уничтожить с куда меньшими потерями? Без тебя мы ничего не сможем противопоставить их колдунам…

— И со мной — тоже, Ян. Мне повезло обрести большую силу, но я почти не умею ею пользоваться. Колдуны же направляют Эфир через своего Владыку, а тот способен сжать в точку целую армаду, был бы в том смысл. Но пока он не жаждет вашей крови, считая моё добровольное сотрудничество гораздо более ценным, чем месть за «жалких клонов». Я надеюсь, что так будет и впредь. А с нашими «спящими красавицами» я установил крепкую связь — случись что, и я об этом узнаю. Цийенийцы не станут охотиться на вас после, отказываясь от лишнего рычага давления на меня.

— Для всего этого не требовалось устраивать… это. — Ян хотел бы пошевелить руками, да только это у него всё ещё не выходило.

— Эфир отражает мысли многих. Сейчас меня слышишь только ты, и я слышу только тебя. Но если ты слишком рано расскажешь остальным обо всём, как есть, они всё же могут что-то предпринять. — Ян удивился бы, если б мог после всей этой череды мистических потрясений. — Пусть лучше считают меня предателем. Так будет надёжнее, а мне — спокойнее.