— Спасибо, Кир. Выпишу тебе внеплановую премию, а может ещё и Про добавит. — Хирако вернул планшет на место, дружелюбно похлопав техника по плечу. Вот только тот не спешил радоваться, неотрывно глядя коммодору в глаза. — Ну что ещё?
— Я очень надеюсь, что причину, по которой в твоём взгляде плещутся искры, ты объявишь на собрании. Иначе я и не знаю, что думать. — Кир натянуто улыбнулся, проведя неестественного цвета ладонью по недельной щетине. Несмотря на вновь обретённую после потери жены волю к жизни, этот человек всё-таки многого лишился. У него осталось лишь его личное стремление к новым свершениям на поприще технологий и изобретений — и общая идея по достижению Каюрри новых высот. — Тут или война, или ты, Хирако, надумал-таки влюбиться на старости лет…
— Я тебе дам старость. — Буркнул Хирако недружелюбно, едва не инициировав столкновение бровей друг с другом — до того сильно он нахмурился. — Если начну седеть в шестьдесят — можешь бросить в меня камнем, я не обижусь. И вообще, назначенный мною же срок вот-вот подойдёт, так что шевели-ка ты ножками, Кир…
Коммодор резво вырвался вперёд, а Кир, ухмыльнувшись в проклёвывающиеся усы, покачал головой: никто и в восемьдесят не сможет бросить в Хирако камень, ведь уже сейчас в густой шевелюре второго после лорда мужчины нет-нет, да мелькали одинокие серебристые волоски…
Спустя несколько минут и Хирако, и Кир уже ступили в невысокое рублёное здание, которое, казалось, просто отлили из металлобетона, армировали — и водрузили посреди более-менее приличных внешне жилых зданий, просторные квартиры в которых принадлежали членам корпорации «Endless». Ситуацию не спасали даже высокие генно-модифицированные деревья, растущие как на дрожжах и грозящие уже через год полностью скрыть стены и крышу совещательного бастиона Первого Каюррианского, как его ласково называли все причастные, под густым слоем вечнозелёной листвы. Все жители района всё равно будут знать, что там, в глубине, сокрыт уродливый бункер, нижние уровни которого способны выдержать непродолжительную орбитальную бомбардировку силами пары линкоров.
Но вот автоматические многотонные двери отсекли вошедших от внешнего мира, и разумные оказались посреди скромного в плане размеров, но довольно уютного холла. Приятного белого, с синим отливом стены и потолки, чередующиеся друг с другом диваны и кресла, столы с напитками и фруктами, стойка регистрации и, наконец, застывшие недвижимыми изваяниями боевые дроиды. Уже не дешёвые патрульные стрелки, но ещё и не «Эгиды», до которых этим «гвардейцам» было довольно далеко.