Когда парнишка сел, я спросил у того:
— Ты меня понимаешь?
— Д-да… — не совсем уверено ответил тот, и заметив лежавшую рядом сестрёнку что, держась за голову, простонала, несмотря на своё плохое самочувствие, бросился к ней, квохча как наседка над своими цыплятами.
— Хочешь узнать, что я с вами сделал? — и заметив быстрый взгляд, что тот на меня бросил, продолжил. — Я не знаю вашего языка, мне нужен переводчик, поэтому я обучил своему родному языку вас двоих. Он называется русский. У меня не было упрощённой версии амулета, где нет письменности или знания счёта, вы же всё это получили. Думаю, в лавках вам будут рады, вести счёт вы сможет легко, сводя дебет с кредитом, и пусть тут моего языка не знают, кроме одной наглой девицы, её Лина зовут, она на другом континенте правит, эти знания вам наверняка пригодятся. И да, это оплата за обучение вам языка, всё же я это сделал без разрешения. А вот это аванс поработать у меня переводчиком, пока я не покину город. Устраивает?
Парнишка со своей пришедшей в себя сестрицей смотрели на золотые монеты, лежавшие на моей ладони, по одной каждому за обучение, хотя по идее это мне за работу должны были заплатить, и по одной в качестве аванса за работу переводчика. Причём, тоже обоим.
Монеты тот забрал, убрав в складки аккуратно заштопанной одежды, после чего на русском, с лёгким акцентом, поинтересовался:
— Что мы должны делать?
— Сопровождать меня, изображать слуг и переводчиков. Вы мне нужны на день, может два, задерживаться тут я не планирую.
— Мира, моя сестрёнка, побудет с вами, а я сбегаю на рынок выкуплю отца. Можно это сделать?
— Так вы не сироты? — удивился я.
— Мой отец разорился и задолжал серьёзным людям, его взяли в закупы, это такие должники, — парень говорил медленно, выискивая нужные слова в памяти, да и не всё ещё всплыло, языковая база продолжала разворачиваться. — Продали поначалу, но там умер хозяин и рабов недавно распродали. Перекупщики взяли, отец снова на торгах. Он трактирщиком был и пару лавок держал.
— А вы почему не с ним?
— Отец вел бежать, когда стража пришла, так мы и скрываемся на рынке и иногда встречаемся с отцом. Вот узнали, что он снова продаётся. Три золотых монеты, нам хватит его выкупить.
— Нуда-нуда, — задумчиво протянул я, изучая их. — И в таком виде ты решил выкупить оцта? Представляю себе картину, бродяга себе раба покупает. Но желание правильное, хорошее. Только нужно переодеться. У меня должны быть хорошо выглядящие слуги, я же помогу вам выкупить отца.
— Спасибо… — недоговорив от вопросительно посмотрел на меня.