За весь день я поймал трёх агентов немцев и одиннадцать агентов милиции и госбезопасности, двое были в штатском. Перед уходом я как раз освободил одного из таких. Все были связаны стропами от немецкого парашюта и с кляпами во рту. В общем, провел я допрос всем, быстро вычислив, кто есть кто, а так как сидели они в одном подвале, то после моих допросов знали всё друг о друге, а я умел вытащить правду. В общем, агентами немцев была местная шушера, пусть госбезопасность с ними работает, мне они не интересны, поэтому я и направился за «эмкой». Мне нужен агент глубокого залегания, которого подняли на мои поиски. Надеюсь, я не ошибся и передо мной едет именно тот, кто нужен.
Поработал я хорошо, но недостаточно. Был шестой час. Приотстав, я следил за легковушкой. Та подъехала к зданию Наркомата лёгкой промышленности, из неё вышел грузный пожилой мужчина в солидном костюме и скрылся внутри. Судя по тому, как ему почтительно кивнули двое выходивших из наркомата, он там был немалой шишкой. А вот водитель поехал в обратную сторону. Подумав, я последовал за ним. Как оказалось, не зря. Видимо, в толпе он вычислил реального свидетеля — я сразу узнал женщину, бывшую в сберкассе, — вот и напросился к ней в гости, а на выходе из многоквартирного дома я его и взял. Вырубил, сунул в машину под многочисленными изумленными взглядами прохожих. Был вечер, большинство москвичей уже вернулись с работы, и у меня просто не было выхода. Сунув на заднее сиденье велосипед, я покинул этот район. Из местных никто не успел среагировать и помешать, хотя и пытались.
Вырубил я водителя крепко, тот находился без сознания, пока мы не доехали до складов. Я остановил машину, хорошенько связал водителя, вытащил велосипед и угнал к себе на склад. Всё это заняло минут двадцать. Потом с пленным уехал к реке, загнал легковушку в кустарник. Там вытащил тело с переднего сиденья и похлопал по щекам, приводя в сознание. Вырубил я его, похоже, крепко, так что пришлось надавить на одну точку, пока не очнулся и не застонал. Не громко, кляп я не вытаскивал.
Когда тот немного пришёл в себя и стал соображать, я показал ему несколько удостоверений, пачку денег и пистолет.
— Неплохой набор для немецкого разведчика, — сказал я. — Удостоверение водителя Наркомата лёгкой промышленности, даже путевой лист имеется, удостоверение сотрудника НКВД, капитана, сотрудника милиции и даже сотрудника политотдела, старший политрук. Неслабо, надо сказать, однако подделка явная. Не умеют у вас в абвере стоящие подделки делать. Гражданские ещё поведутся, а сотрудники ГБ с ходу распознают фальшивки. В том, что ты немецкий агент, я уверен на сто процентов. Допрос ты можешь не пережить, но расскажешь всё, будь уверен. Меня другое занимает. Лицо больно уж у тебя знакомое. Я всё пытался вспомнить, где тебя видел. Потом вспомнил и понял, что ошибся. Мне в начале войны пришлось поучаствовать в уничтожении банды диверсантов, что пыталась захватить мост стратегического значения, так вот командовал этой бандой очень похожий офицер, но точно не ты. Того я лично снял из винтовки, а потом, когда проводил зачистку, дважды добил штыком. Поднял винтовку Мосина, надел штык и обошел всех диверсантов, закалывая в грудь. Подранков не хотел получить. У того командира, я хорошо запомнил, отсутствовала фаланга мизинца левой руки, у тебя всё с этим в порядке и ты ещё жив. Не объяснишь мне эту загадку? Брат?