— … в общем, я вас прикрываю отсюда, а вы подходите на лодке и берете судно на абордаж. Ну как вам план? — спросил я, с интересом ожидая ответа боцмана.

— План хорош, нам нужно попасть на него, — кивнул боцман.

Посмотрев на троих моряков, я только печально вздохнул, жаль было старпома, но семеро непрофессиональных военных просто не могли без потерь выиграть этот бой. Сам старпом и двое моряков сложили головы в этой перестрелке, еще один раненый с раздробленным плечом остался на поляне дожидаться окончания захвата судна.

— Как же вы так? — наконец не выдержал я.

Боцман посмотрел на меня и скривился от воспоминаний. Ему также было неприятно вспоминать прошедший бой.

— Да как-то так, понимаешь, мы все сделали, как ты нам показал, и, честно говоря, должен теперь признать, что все бы у нас получилось, если бы не «закон подлости». У одного из наших, Степки Гаврилова, не выдержали нервы, и он открыл огонь без приказа, повезло, что хоть они все успели войти на поляну, а то даже не знаю, что бы мы делали.

— За такое по морде надо давать, — сказал я.

— Уже не дашь, он же первым пулю и словил, после него старпом, Женька, и под конец Андрюху, помощника механика, ранили… Злые были, добили подранков, как ты и говорил.

— Понятно, ну что, начнем, чего время-то тянуть? — спросил я, встряхивая головой. Посочувствовал погибшим морякам — и хватит, жизнь продолжается. Однако боцман был не такой толстокожий, как я, поэтому еще некоторое время сидел и смотрел в переборку ничего не видящим взглядом, пока я не пихнул его в плечо.

— Да, идем, — кивнул он, так же, как и я, тряхнув головой.

Под моим прикрытием они подобрались к лодке и, дотащив ее до воды, спустили на воду.

Затарахтел маленький мотор, и лодка, чуть вздрогнув, начала набирать скорость в сторону траулера.

Я в прицел наблюдал, как они, подплыв к тому борту, который мне был хорошо виден, поднялись на борт, цепляясь за всякие технические отверстия и выступы. Минут сорок моряки тщательно осматривали судно, перебегая по палубе от одного люка к другому. Боцман стоял у рубки и с кем-то разговаривал, с тем, кто находился в рубке.

Кто там был, я не знаю, но не шкет точно, его сразу нашли и посадили у одного из бортов под моим присмотром и боцмана.

«Нет, все-таки с кем он разговаривает, там же одни трупы⁈» — озадаченно думал я, продолжая страховать моряков.

Заметив, что Серега машет мне, показывая, что на траулере опасности нет, я сразу же побежал к корме яхты, так как заприметил там привязанный спасательный плотик.

— Где гарем? Где гарем, я вас спрашиваю? — крикнул я боцману, в очередной раз пробегая мимо.