Немцы взяли меня в плен и предложили работать на них. Я согласился — а что было делать? Я же молодой был, жить хотел, а главное, я видел, как отцы-командиры нас предали. Меня отправили учиться в немецкую разведшколу на несколько месяцев, а потом меня внедрили в партизанский отряд. Когда советские войска наступали, меня опять забрали в пехоту. Я воевал всю войну и получал медали от советской власти и всё это время работал на немцев. Видишь, как бывает! — развел он руками. Я сидел на полу с завязанными за спиной руками и слушал «жалостливую» историю его жизни.

— После войны я долго надеялся, что всё уляжется и забудется, — продолжил он, немного помолчав. — Но в конце шестидесятых годов ко мне пришли люди и предложили работать на них, сказали, если я откажусь, то они раскроют меня как немецкого шпиона. А это позор и высшая мера наказания, то есть расстрел. Мне пришлось работать на них. Я тогда работал тренером по борьбе в спортшколе, прививал детишкам любовь к спорту, а в свободное от работы время я выполнял их поручения. Долгое время я думал, что работаю на американцев, но потом оказалось, что я выполняю задания каких-то людей нашего КГБ. Как я со временем понял, им нужен был тот, кто умеет убирать свидетелей тихо и без лишнего шума, так, чтобы это выглядело как самоубийство или несчастный случай, и при этом сам человек не относится к их конторе.

— К чему эти откровения? Зачем вы мне это рассказываете? — я внимательно смотрел на него и не мог понять, к чему он клонит.

— Потому что я хочу, чтобы ты стал мне помогать в моем нелегком деле, работы у меня в последнее время прибавилось. Соглашайся, Сережа! Ты еще совсем молодой поэтому перспективы у тебя такие, которые тебе и не снились!

— Ну я так понимаю, что я буду далеко не первым, кто вам помогает в вашем нелегком деле… На мясокомбинате, да и вообще в Воронеже в последнее время много подозрительных самоубийств. Значит, у вас уже есть ученики.

— Ай, молодец! — ухмыльнулся Пётр Сергеевич. — Ты настоящий опер, даже в ситуации смертельной опасности пытаешься меня раскрутить на информацию. — Да я их всех убирал! Я один это сделал! Виртуозно, правда! Комар носа не подточит! Хотя, конечно, в милиции есть люди, которые подозревают что-то неладное, например такие, как твой куратор, подполковник Зверев. Поэтому мне и дали приказ его устранить. Его устранить!

— Сомнительно что-то! — сказал я, глядя ему в глаза. — Расстояние от Уфы до Волгограда больше тысячи километров! Как вы успевали устранять людей в Волгограде, если живете постоянно в Уфе?