Может быть, женщины и блаженные не понимают этого, но нужно совсем немного времени чтобы цивилизованный человек превратился в ублюдка. Даже в этом гаражном кооперативе, где совместными усилиями мужики справились со всеми тварями есть те, кто провожает меня злобными взглядами.

Шлем заглушает шум, мне не слышно, как местные говорят шёпотом, а херовый обзор мешает уловить все детали, однако даже так мне прекрасно понятно, что вон та группа мужиков хочет раскулачить тупого солдатика с кастрюлей на голове на полезный лут.

Моё снаряжение и рюкзак привлекает слишком много внимания.

Чувствовать намерения людей, одна из особенностей шлема, что проявляется, когда его носишь. Я понятие не имею как это работает, но даже когда противника не видно, а он скрывается за углом или в зарослях и знает о тебе, ты чувствуешь это. Вот и сейчас, за мной следом увязалась тройка парней, типа нам в одну сторону, и они мирные.

Бита у одного, второй с топором, а третий держал в руках арматуру. Мирные, ага, так я и поверил… Даже полный кретин поймёт в чём тут дело и интеллигентно спрашивать о чём-то эту тройку глупо.

Остановившись, полуобернулся к ним и слегка наклонив голову взглянул на это трио идиотов. Они отреагировали, замедлились, но продолжали делать вид обычной компашки, идущей по своим делам.

«Наигранная херня…» — не только мне и им, но даже зевакам из ближайших гаражей понятно, что сейчас будет происходить.

«Ну что за детский сад…?» — эта троица действовала как быдло. Как обычные гопники что сперва окружают свою жертву, затем базарят с ней и только затем, набравшись храбрости и подняв градус напряжения, набрасываются.

Я ждать не стал. И предупреждать тоже. Стоило одному из них подойти достаточно близко, сделал выпад копьем, закрутив наконечник в ударе. Заточенное лезвие чиркнуло по щеке парня, он вовремя отшатнулся назад, спасая своё хлебало от смертельной атаки. Инстинкты ему помогли, подготовка в школе бокса или просто повезло, не имеет значения. Этот штрих, пребывая в ахере, просрал драгоценную секунду, за которую я рванул вперед, выстреливая кулаком ему в рожу.

В следующий момент его глаза широко распахнулись от осознания неизбежного, он не успевал среагировать, избежать удара, только представить последствия столкновения. А затем мой кулак врезался в его лицо.

На моих руках перчатка с пластмассовыми костяшками, и пусть удар не поставлен, лица ими ломаются на ура. Хотя, почему не поставлен? Десять процентов знаний боевых искусств и задранные статы сделали из меня настоящего мастера кулачного боя по сравнению с этими отбросами. И эта разница была заметна со стороны.