— Где благодарность? — спросил его я, продолжая смотреть на него взглядом, словно этот штрих ничего из себя не представляет кроме балласта.

— С хера ли? — чтобы произнести эти слова, ему пришлось пару раз вздохнуть, а после перетерпеть боль. Даже после лечения, ему тяжело говорить. Походу Андрею нужен не просто покой, а изоляция от любого раздражающего фактора. Например, лежать пластом и втыкать в потолок.

— Из-за тебя мы тут застряли. Только ты виноват в том, что заставляешь свою семью думать о твоей судьбе. Так почему ты смеешь обвинять меня в задержке? — следовало дать ему осознать, что только он тут ранен и требует перерыва, ведь остальные способны идти. — Собери сопли и дай себе отдохнуть в спокойствии, а не на нервах. Ничего с твоими не случится.

— Тебе-то откуда знать? Может к ним прямо сейчас ломятся? Я должен быть там! — только из его слов ясно что он уже много чего себе там напридумывал.

— А у тебя там дверь картонная что ли? — я припомнил момент, где он мне ключи передавал и даже при всём желании у меня не вышло бы пробиться к нему в квартиру. — Или твои настолько тупые что откроют дверь кому-то кроме тебя?

Он промолчал. Походу такой сценарий вполне может произойти и это весьма хреново. Тогда да, тогда есть риск прийти туда, где уже некому будет тебя встречать.

— Мара, усыпи его. — приказал я, поняв, что этот хер так и будет сидеть на измене всю ночь, отчего его состояние только ухудшится.

— Сам укладывай, я ему не мамочка. — отказала девушка без всякой агрессии или дерзости. Обычное нет, без эмоций. Поэтому я начал вставать чтобы самому вколоть этому паникующему идиоту снотворное. Мара намекнула взглядом что разрешает мне взять его из своего рюкзака.

— Слушай, я понимаю всю ситуацию… — Андрей сказал это примиряющимся тоном, а развернувшись и посмотрев на него, увидел, что теперь у него был совсем другой взгляд, словно это чучело за мгновение осознал, что может не проснуться, реши мы ему вколоть снотворное. Я же только сейчас вспомнил что бывают ситуации, где раненому необходимо быть в полном сознании, или даже без остановки заниматься чем-то, не позволяя себе отдыха. — Я не принесу проблем.

— В самом деле? — я ему не верил. Игнат ведь тоже ничем не отличался от Андрея, так же на измене сидел и хотел прямо сейчас сорваться с места и рвануть к семье.

— Эй, ведро с ножками! Хорош прессовать убогих и займись чем-то полезным. Похрусти сухомяткой там… — Маруся отвлекла меня от тяжёлых мыслей, переведя тему. И надо сказать, сделала это очень вовремя. Я уже не знал, что говорить, а они молчали. Стоял как дурак, ожидая ответа, которого не было.