В тот вечер мужчина вышел из пещеры, предупредив меня, что вернётся зверем, и мне не стоит убегать от него по лесу с криками. И на самом деле вернулся. Я же тогда ещё не знала, что после отказа спать с ним рядом, он вознамерится спать со мной волком… Поэтому ошалело наблюдала, как зверюга растягивается на моих шкурах и прикрывает глаза.

«Волчик» очевидно не чувствовал угрызений совести. От слова совсем. Он даже казался очень довольным, что мы с ним тут. А когда я была вынуждена прилечь рядом (другого места для сна не было, а прогонять его стало как-то страшно), вдруг лизнул мою руку, выпрашивая ласки.

Вообще гладить Лэйрра я не планировала. Но так как не знала, одно ли у них с волчиком сознание, отказывать последнему не стала. Всё же и правда была к нему очень привязана… Ну и грелась, конечно.

Когда мои пальцы принялись перебирать его шерсть на загривке, волчик утробно заурчал. Ему, как и его человеческой части, кажется, очень нравилось, когда я его трогаю… Но если с мужчиной я себе подобного позволить не могла, то со зверем…

— Но я не забыла, как именно ты меня выманил, предатель, — поджала губы, продолжая его почёсывать.

Волчик грустно угукнул и жалобно прищурился, глядя на меня.

— Стыдно, да? То-то же. Выманил прямо в лапы к этому… — я закусила губу, сообразив, что теперь язык надо бы держать за зубами.

Волк толкнул меня носом в живот легонько. Словно извинялся.

— Хотя наверняка тебя просто заставили, да? Вынудили! Ну точно! — вдруг нашла я ему оправдание. Верить, что волчик по своей воле замешан в этом, не хотелось.

Ну и что, что он пугающе-огромный и устрашающе-выглядящий? В душе-то он тот же мой волчик, с которым я делилась своими мыслями и эмоциями долгое время одинокой жизни…

Так как-то само собой я его и простила.

И теперь каждую ночь из пещеры выходил человек, а возвращался волк, чтобы греть меня всю ночь и тихонько урчать на ушко. Против такого соседства по большому счёту я не возражала. Тем более, что на утро мужчина никак не комментировал то, что вечером я обсуждала с волчиком. Мне казалось, это потому, что он нас не слышит…

Правда, последние дни оборотень повадился превращаться в человека под утро. И уже который день я просыпалась не от того, что волчик лижет меня в нос, а от прикосновений горячих рук к своей талии, или лёгкого поцелуя…

Правда, если внешне как реагировать на такое, я знала, то внутри меня преследовало смятение. Близость этого мужчины волновала и разгоняла по телу тёплые волны. Я никогда прежде не ощущала подобного. И теперь не знала, что и думать.