Несмотря на то, что со времени свадьбы прошло больше месяца, первая брачная ночь так и не состоялась. От сестёр я знала, что это очень важный аспект жизни семьи. И хотя было очень интересно с ним познакомиться самой, всё равно решила, что воздержание пойдёт моему мужу на пользу. Стоило видеть его глаза, когда после празднества он привёл меня в нашу опочивальню, а я, поблагодарив его, что проводил, захлопнула дверь перед его носом.

На самом деле, мне было очень-очень любопытно, как там всё будет. И спать рядом с ним тоже хотелось. Да и непривычно одной было. С волчиком-то я по ночам не расставалась. Однако, терпела. Ради благого дела. Во имя торжества справедливости.

При его стае и своих родственниках, которые прогостили у нас аж целую неделю, с мужем обращалась крайне уважительно, не перечила ни в чём, дожидаясь, пока мы останемся наедине. И вот тут уже говорила, что думаю. Зная наверняка, что он ни за что меня не обидит.

Правда, в последние дни зверюга мой всё чаще закипал. А я покорно ждала, когда же рванёт и лопнет его терпение. Ну и, кажется, дождалась…

Муж вдруг вскочил на ноги, подхватывая меня и перекидывая через плечо.

— Всё. Мне это надоело. Раз не хочешь по-хорошему, зайчишка, значит, возьму своё как дикарь, — прорычал мне утробно, широко шагая и уволакивая меня из нашей личной гостиной в сторону комнаты.

— Боюсь-боюсь, — хихикнула я, болтаясь вниз головой.

— Да ты меня специально провоцировала! — оборотень хлопнул меня ладонью по пятой точке.

— Я? Конечно же нет! — возмутилась, ухмыляясь.

— Моя капризная принцесса, кажется, не понимает, насколько далеко всё зашло… — пророкотал он, укладывая меня на кровать и нависая сверху.

— Ну почему же? Ты был наказан. А теперь великодушно прощён. Хотя это только потому, что у меня добрая душа.

— Вот как? — ухмыльнулся он, скидывая шёлковую рубаху и заставляя меня прикипеть взглядом к такому красивому мужскому телу. — Значит, дело в твоей доброй душе, а не в ежедневном массаже, цветах, подарках и исполнении всех твоих желаний?

Тут он стянул с себя ещё и штаны, заставляя моё сердце учащённо биться.

— У тебя там… — показала пальчиком туда, где возвышалось нечто пугающее.

— Там-там, ага, — облизнулся он, за щиколотки подтягивая меня к краю кровати и принимаясь тоже раздевать.

— Знаешь, я тут подумала… Пожалуй, продлим ещё твоё наказание… — попыталась отодвинуться. Да так он меня и отпустил.

— Нет, зайчишка. Сегодняя́тебя буду наказывать. Ты уже научилась вести себя с мужем при других, осталась самая малость — научить тебя тому же наедине…