И тут я остановилась! Резко вскочила с его колен и кинулась бежать. Но не успела, мужчина оказался проворнее. Быстро поднявшись и схватив меня за талию, прижал к себе. Из меня вырвался ехидный, я бы даже сказала — злорадный смех.

Виталий, продолжая крепко держать меня одной рукой, другой смахнул всё со стола. На пол полетел и ноутбук, и его любимая статуэтка — даже её не пожалел! Далее, наклонил меня на стол, задрал платье, стянул трусики и звонко шлёпнул по заднице.

— Ай! — вскрикнула я не от боли, от неожиданности и снова вырвался смех.

Последовал другой шлепок, на этот раз больно и в тот же момент приятно. Я охнула, прислушиваясь к новым ощущениям. Затем ещё шлепок и ещё… Никогда не считала себя мазохисткой. Похоже, ведьминская сущность и здесь меня извратила. Прекратив хлопки, мужчина резко в меня вошёл и начал медленно двигаться, вызывая приятное томление. Потом стал постепенно ускоряться, всё ближе и ближе двигая меня к вершине удовольствия. Подведя к самому пику, он вновь остановился, опять сбив меня с пути.

Я разочарованно взвыла. Виталий поднял меня, развернул к себе и принялся страстно целовать, покусывая язык и губы, чем тоже нарочно причинял боль. Но и это мне понравилось! Точно — мазохистка! Оторвавшись от губ, он посадил меня на стол, снова вошёл и стал двигаться по тому же принципу. Оказывается, на столе очень даже удобно, когда по обоюдному согласию. Обняв его ногами, я легла на спину и молила его не останавливаться.

— Переедешь ко мне? — задал он вопрос, снова подведя к вершине.

— Нет, — с трудом ответила, боясь сбить собственный настрой.

Он замедлился, блаженство снова отступило. Опять стал ускоряться и снова задал тот же вопрос. Получив отрицательный ответ — повторил то же самое. И так несколько раз, пока я не взмолилась.

— Пожалуйста! Не мучай!

Муж склонился надо мной и обжигая дыханием, низким голосом произнёс:

— Не получишь оргазма, пока не скажешь — да.

Вот же садюга! Всё тело моё устало ныло, требовало разрядки, особенно внизу живота образовался такой тугой комок, что если его не отпустить, то он стянет все органы. Такой пытки я больше не выдержу. А этот полудемон, поцеловав меня в шею, опять продолжил активно двигаться…

— Так ты переедешь ко мне?

— Да, — еле слышно выдавила я из себя, не в силах больше терпеть это “издевательство”, к тому же в горле пересохло от частого, глубокого дыхания, а в глазах заплясали звёздочки.

— Не слышу, — проговорил он, но замедляться не стал.

Вот он пик! Вот она вершина! Я её почти достигла, ещё чуть-чуть…

— Не слышу! — не унимался Виталий и ещё ускорился, так сильно, что вместе с нами задвигался стол.