Сквозь толпу заражённых они прорвались в ближайший отель, где заперлись в президентском номере на четвёртом этаже.

Передышка пришлась весьма кстати уже давно не молодожёнам, отправившимся в романтическое путешествие к берегам Таиланда…

Там они просидели меньше суток, когда на улице раздался панический вопль и по двору отеля пробежала молодая светловолосая девчушка, преследуемая толпой заражённых.

Мартын Леонидович не был бы собой, если бы не помог. С балкона он расстрелял заражённых из на удивление убойной М16А3, спустился вниз, добил недобитков и нашёл девчушку спрятавшейся в декоративном кустарнике.

Девчушка оказалась Смирновой Алесей Павловной, студенткой третьего курса химфака Московского государственного университета, отправленной родителями за отличную успеваемость на отдых в Таиланд. Познакомились, поели, поговорили и успокоились.

Забаррикадировавшись в президентском люксе, они прожили три недели. Мартын Леонидович не сидел всё это время без дела: он очистил остров от заражённых, сначала автоматным огнём, а затем и средневековой булавой, обнаруженной в кабинете владельца отеля, причём вместе с готическим латным доспехом. Доспехи были декоративными, из дерьмового металла, зато лёгкими и вполне справляющимися с задачей недопущения укусов и царапин.

Так и пошли по тайской округе слухи о стальном русском мужике, жестоко расправляющимся с заражёнными и мародёрами.

Проблемой стали мародёры. На мелких островах выжило довольно много людей, некоторые из которых просто не знали, как существовать дальше. Они грабили гостиницы, опустевшие поселения и друг друга. Мартыну Леонидовичу такой расклад решительно не нравился и он упорно оборонял остров от незаконных посягательств. Факт того, что он сам тут находится не вполне законно упорно игнорировался.

— Нет, жить тут нельзя… — изрёк Мартын Леонидович, откусив кусочек консервированной креветки.

— Что говоришь, Марик? — переспросила его отвлёкшаяся от книги жена.

— Говорю, надо выбираться из этой поганой страны, — отодвинул тарелку Погуляйкин-отец. — Отдыхать тут нормально, но жить — невозможно. Местные мне с каждым днём нравятся всё меньше и меньше. Сколько ещё раз получится отогнать их от острова?

— Мартын Леонидович, но ведь на континенте будет ещё опаснее! — резонно отметила Алеся.

— Знаю, — кивнул тот. — Но надо возвращаться домой. Сын мог выжить, хотя с местом его работы это…

Варвара Сергеевна погрустнела и вновь уткнулась в книгу.

— Надо возвращаться, — решительно заявил Мартын Леонидович. — Здесь мы чужие, а там хотя бы края знакомые. Там наша земля. Не хочу быть похороненным в этих тропиках.