План местности Ая для нас нарисовала. Теперь нам предстояло разделиться: Матвей будет «вылавливать» всех прогуливающихся в саду, а я попробую побродить по дворцу. Наша задача — выяснить, у кого из местных жителей ожидаются серьезные перемены в жизни.
— Встречаемся возле двери на закате, — повторяла я уже не в первый раз. — Я пока…
Договорить я не успела. Потому что откуда-то из-за розовых кустов на нашу дорожку шагнул и тут же остановился, как вкопанный, уставившись на меня… видимо, хозяин дворца, его светлость герцог. Кажется, Ая называла нам имя светлости… не помню.
Да к черту имя! Куда хуже то, что я эту светлость, оказывается, знаю!
— Госпожа ведьма? — растерянно спросил он.
Интермедия Герцог Сантор ти Мэрриз
Эльфы и орки враждовали между собой испокон веков. Первые жили в своих лесах, вторые кочевали в степях, и их территории граничили между собой. Никто уже толком не помнил, с чего началась вражда — даже среди долгоживущих эльфов.
Сами остроухие уверяли, что все дело в природной воинственности и нетерпимости их зеленокожих соседей (не говоря уже об их страсти к грабежам). Орки, в свою очередь, не раз уверяли, что эльфы пытаются расширить территории своих лесов за счет чужих земель.
Доля правды наверняка была в обеих версиях. Взлелеянный своими дивными детьми лес стремился разрастись, а зеленокожие дикари непрерывно воевали даже между собой, что уж говорить о соседях.
Перевеса не было ни у одной из сторон. Остроухие были сильны как маги, но слишком малочисленны. У зеленокожих магией обладали лишь шаманы, зато в физической силе соперничать с ними могли бы разве что горные тролли. А еще орков просто было очень много. Однако они всегда были разобщены, их племена постоянно враждовали и соперничали, так что ни о каком победоносном походе не могло быть и речи.
Эта предвечная вялотекущая грызня была как кость в горле маленькому человеческому герцогству, граничившему с землями обоих народов. У границы всегда было неспокойно, что мешало и торговле с другими странами, и просто нормальной жизни.
Самих людей воинственные орки считали своими дальними родичами (и вдобавок слишком слабыми противниками, чтобы в победе над ними была слава и честь). Так что и ходили на них с набегами редко, только в вовсе уж голодные годы, да и особенно не бесчинствовали. С эльфами же у людского королевства были налажены прочные дипломатические связи. Увы, подписывать что-либо со степными дикарями не имело смысла: у них было слишком много племен и вождей. Собственно, никто даже не был уверен, есть ли у степняков письменность.