— Да они примерно это тебе и вменяют, — пожал плечами Роман Николаевич. — Получается, правда, некрасиво. Кому природа магии не отсыпала, живи без нее.
— Где родился, там и пригодился.
— И это тоже. Возможно будет в следующих сериях, — предположил Роман Николаевич. — Скажи, мы можем это как-то свернуть? Я начинаю нервничать.
— Смысла нет. Эта статья все равно выйдет. Но, как меня заверили, она последняя. Больше ничего не оплачено, потому что Рог уже знает, что пещеру они упустили. Но у нас на подходе другая проблема.
— Какая же? — заинтересовался Роман Николаевич.
— У Меркатора есть Институт справедливого развития.
— Так-так.
— Там довольно толковые люди. И они предполагают, что у нас в ближайшее время откроется еще одна полоса. Там возможны интересные находки. Чтобы уж точно получить право на разработку всего самого интересного, планируется заменить и тебя, и меня. И вообще подчистить людей с Бодайбо за отсутствие гибкости.
— Как интересно. И как, ты говоришь, эта организация выглядит?
— А вот как, — Балакирев щелчком пальцев поднял в воздух проекцию.
Глава 10
К полудню Драк уже и отъелся, и отоспался, и опять соскучился. Он достиг запланированного размера, теперь осталось испытать новые кондиции. Вернее, новые старые кондиции.
Он полетал на своих новых крыльях над лесом. Вспомнил юность и выпустил огненную струю в воздух. Огонь выстроился в трубу и улетел в даль, не спеша рассеиваться. «Я мохнатый шерстяной волчара, как мощны мои лапищи», — подумал Драк и оборвал крамольную мысль, где вы видели мохнатого дракона.
Для очистки совести он наведался в свою пещеру-полигон и метнул внутрь три файерболла. И это не потребовало от него никаких усилий. Похоже, он даже нарастил огневую мощь, несмотря на то, что до полного размера решил не расти. Во времена службы его лимит достигал двадцати файерболлов, но уже на трех он чувствовал расход огня, а сейчас этого ощущения не было. Прекрасно. Потом он вспомнил еще пару трюков, воспользоваться которыми не было раньше никакой возможности, и обнаружил, что все получается даже лучше, чем раньше.
Он вернулся в человеческий облик, протянул руку вперед — ничего не изменилось. Рост произошел только в драконьем теле, как и планировалось. Великолепно.
Он снова стал драконом, взмахнул крыльями и полетел.
* * *
Жадность — мое второе имя. Я хотел набить контейнер наиболее плотными тварями, чтобы не размениваться на ерунду, но они, как назло, сидели на стене вперемежку с мелочью. Да еще Хансен со своей концепцией развел каких-то невиданных зверей, и исследователь у меня в душе боролся с добытчиком. Сейчас бы вот ту голубоватую гусеницу изучить получше — выяснить, жжется ли она, посмотреть, насколько быстро с ней справится Барух. Но уж очень она перспективно выглядит для сбора. Поэтому я достал копье и сковырнул тварь на землю. А, жжется! Это я выяснил. Подцепил ее лопаткой и закрыл в контейнере, быстро провел лечебным кольцом по руке. Кто следующий? Вторую гусеницу я уже снимал аккуратней, вместе с предыдущей они почти закрыли дно. Надо еще таких найти.