Когда принцессы уехали, мы пошли смотреть, что за подарки нам достались от семейства Цао. Не знаю, почему Тася так разволновалась, так как в нескольких больших и маленьких коробках, с изображением пера феникса на крышках, не было ничего необычного. Нам подарили ещё по одному традиционному и изысканному наряду ханьфу. Мне достался халат почти такой же, как у мистера Ма, в котором разрешено было ходить только великому мастеру. А вот платьев оказалось три, а не два, как и наборов драгоценностей в виде золотых заколок для волос, шпилек и серёжек, украшенных драгоценными камнями. Может, император Цао таким образом хотел намекнуть, чтобы я к нему в гости приехал вместе с супругами. Отдельно от всего, в лакированной шкатулке я нашёл причудливого китайского дракончика, лежащего на плоском камне. Увесистая фигурка, вырезанная из цельного нефрита. Таким хорошо письма и бумаги на столе прижимать, как пресс-папье, чтобы не разлетались. Собственно, туда я его и определил.

— Кузя, кстати, тебя Разумовский сегодня снова искал, — вспомнила Тася, примеряя золотую заколку для волос, сделанную в виде цветка.

— Они меня с Еленой Алексеевной скоро утомят, — сказал я, развалившись в кресле и читая сообщение от Кати, пока Тася с Алёной рассматривали украшения. — Наследство Воронцова делят они, если Разумовский меня не обманывает.

— Точно, Лилия Карловна об этом вскользь упоминала, — сказала Алёна. — Говорила, что у Петра Сергеевича работы из-за этого прибавилось. Он даже Никодима Михайловича к этому привлёк.

— Салюта? — уточнил я.

— Его, — она кивнула. — Вроде бы как раз с наследством Воронцова какие-то проблемы. Только причём здесь Наумовы, я так и не поняла. Могу спросить, если нужно.

— Оставь, — я махнул рукой. — Пусть делят. Если я самоустранюсь, они с Разумовским сцепятся и меня, наконец, оставят в покое.

— А тебя каким образом втянуть в это хотят? — спросила Тася.

— Самым прямым…

Я думал не рассказывать им с Алёной о планах Разумовского и Елены Алексеевны, но решил, что их это тоже касается. Отложив телефон, пересказал встречу с князем и его предложение.

— И почему ты его не послал сразу, раз решил самоустраниться? — спросила Тася.

— Не успел. Пока переваривал шикарное предложение нырнуть с головой в омут, полный чертей, он сбежал. Я думаю, что раз так засуетились, значит, хотят успеть провернуть всё до коронации Николая.

— Так ведь у нас денег сейчас очень много, — сказала Алёна. — И ещё будут, когда ты мечи продашь.

— Не думаю, что за них я получу вот прямо огромные деньги. Если каждый миллионов по двадцать продам, будет уже неплохо. Но ты права, деньги у нас есть. И даже если бы не было, участвовать в их авантюре я не желаю.