— Странно это…

На моё замечание Сабина улыбнулась, показывая на вывеску салона красоты.

— В путеводителе сказано, что это одно из немногих заведений, где можно сделать причёску и маникюр.

— Доверять путеводителям — это как верить торговцу бытовой техники, что стучится в твою дверь?

— Ты прав, — она кивнула. — Но это особый путеводитель, который работает только с клубной картой. Мне нужно сделать причёску для бала, и это займёт какое-то время.

— До вечера я абсолютно свободен, поэтому подожду, не переживай.

— Может, тебе тоже подстричься? Или уложить волосы помадкой?

— Мне нравится быть лохматым.

В салоне красоты Сабина действительно продемонстрировала золотую карточку администратору, и вокруг сразу забегали, засуетились. Кто-то даже поспешил повесить табличку «закрыто» на двери салона, чтобы никто не мешал. Я переставил небольшое кресло к окошку и вооружился модным журналом, делая вид, что коротаю время. На самом деле, я внимательно разглядывал перекрёсток и прилегающую улицу, по которой прошла группа чернокожих. Пятеро парней лет двадцати и двое мужчин гораздо старше. Последние либо были слабенькими мастерами, либо неумело пытались прятать силу. Это уже вторая группа. С первой мы разминулись на предыдущем перекрёстке. Среди них тоже было два мастера и как минимум четверо экспертов.

Один из мастеров, проходящий недалеко от салона красоты, прятал лицо под низким капюшоном куртки и медицинской маской. Но я знал, что под ними скрываются особые татуировки, покрывающие всё тело. Таким образом разукрашивали себя мастера центральной части Африки, компенсирующие небольшую силу лютой злобой. Наша фирма чаще всего сталкивалась с жителями западной или восточной части Африки, а в центр материка мы заходили всего пару раз. Жителей Европы чернокожее население там крайне не любило, особенно Бельгию и их короля. Насколько я знаю, за последние двадцать лет население бывшей колонии Бельгии выросло больше чем в два раза, до ста с лишним миллионов человек. И те, кого я сейчас наблюдаю, выходили как раз оттуда.

Не знаю, что происходило и что случилось у Свена, но всё это мне уже не нравилось. Вряд ли бельгийцы питают к жителям своих бывших колоний тёплые чувства, приняв их как беженцев. И вряд ли их спецслужбы пропустили бы столько мастеров оттуда. А ещё нужно учесть арабов, которых в столице королевства тоже слишком много. Из-за всего этого на улицах не чувствуется праздничное настроение. Наоборот, в воздухе витает напряжение, как предвестник больших неприятностей. Местному князю нужно не бал-маскарад организовывать, а людей собирать, серьёзных клановых мастеров.