— Туда, — я показал Сабине на неприметную дверь, откуда в зал должны были заходить слуги с вином. Подхватил её под руку и побежал как раз в тот момент, когда по залу начали расходиться крики.

Оказаться в замкнутом пространстве с парой десятков мастеров, это как быть сброшенным в реку, зашитым в мешок с кошками. Вспышки силы буквально накрыли весь зал. До двери мы добежали как раз в тот момент, когда кто-то из мастеров решил использовать взрыв в замкнутом пространстве. Шарахнуло так, что окна вылетели вместе с рамами, а с потолка посыпалась штукатурка. Не пережили этого и большие люстры под потолком, погружая просторный зал в кромешную темноту, наполненную криками и пылью. Почти уверен, что взрыв устроил Свен, решив не только устроить переполох, но и попутно прикончить пару зазевавшихся мастеров.

Дверь, куда я собрался вломиться, оказалась заперта на засов, поэтому пришлось её высадить, сорвав вместе с петлями.

— Быстрее! — я пропустил вперёд Сабину, усиливая барьер, опасаясь, как бы здание не рухнуло нам на голову усилиями десятка мастеров и одного сердитого немца.

Не знаю, как Свен, но в темноте я прекрасно видел длинную нить, наполненную силой. Она извивалась в полутора метрах от пола, создавала петли, обвиваясь вокруг людей, и резала их без разбора.

Даже сквозь барьер были слышны крики гостей. Кто-то пытался восстановить порядок и даже создал огненный факел, но почти сразу потерял голову. Наконец, кто-то умудрился пробиться к выходу из зала и открыть двери. Полоска света из коридора осветила группу людей, ринувшихся в ту сторону и толкающих друг друга. Кого-то сбили с ног, но быстро подняли и потащили к выходу. Позади нас с Сабиной тоже вспыхнул свет, когда кто-то из прислуги открыл дверь на кухню.

— Ты в порядке? — спросил я у Сабины, обнимая её за талию.

— Да, — она кивнула, стягивая с лица мешающую маску.

— Лучше не смотри в зал, — посоветовал я.

Свен к этому времени сумел расправиться с ещё парой мастеров и скрылся в проходе, откуда появился князь. Наверное, решил догнать кого-то. Не знаю, как он управлял синтетической струной, но даже когда она была отрезана от перчатки и лежала на полу, то ещё продолжала светиться. Уловив очертания изрубленных тел, я тоже отвернулся и потянул Сабину в сторону кухни. Какой-то мужчина в одежде лакея так и стоял в проходе двери, говоря одновременно и на французском, и на немецком. Он поспешил отступить в сторону, пропуская нас в небольшой зал, заполненный столиками на колёсах, подносами с бокалами и целой вереницей бутылок с вином. Сабина что-то сказала мужчине на французском, тот пару раз кивнул, затем выбежал через дальнюю одну дверь, ведущую в широкий светлый коридор.