— Не думаю, что это сложно, — он посмотрел на шарики, разворачивая кинетическое поле.

— Смысл в том, чтобы ловить не сам предмет, а чужеродную силу. Ты знаком с аналогом мерцающей защиты, поэтому почувствовать её должен сразу. Проблема лишь в том, как её поймать. Можешь тренировать это умение с любым мастером, кто умеет пропускать силу через объекты. И как только освоишь, я покажу третий уровень этой техники.

— А ещё подсказку дашь? — спросил он, пытаясь ухватиться за шарики, увеличивая объём поля.

— Так сильно напрягаться не нужно, это лишь помешает. Пробуй, это проще, чем кажется. В монастырях Китая мастеров Лу Ханя со всего мира обещают научить подобному всего за полтора года.

— Но Цао освоила за пару месяцев? — он удивлённо посмотрел на меня.

— Даже немного быстрее. Я же говорю, Сяочжэй — гений техник, связанных с кинетическим полем и укреплением тела. Возможно, когда-нибудь она станет великим мастером, если не забросит тренировки.

— Среди женщин великих мастеров не бывает.

— Потому что никто не пытался. Ты не отвлекайся. Я специально силу сделал такой, чтобы тебе проще было её почувствовать. Или можешь в Тибет поехать на два года. Я даже договорюсь, чтобы тебя в монастырь зачислили, где жил великий мастер Цзы.

Никита недовольно засопел, пытаясь сосредоточиться. Я всё ещё сомневался, стоит ли его направить на развитие силы или оставить всё как есть. Он и так мог трёх или четырёх мастеров в одиночку разобрать, а с техникой Лу Ханя дальнобойные атаки ему будут не страшны. Но всё же запас сил у него маловат, и развивает он его неправильно.

— Почему баланс между телом и духом не смещаешь? — спросил я. — Тебе мой совет не понравился?

— Для универсальности, — сказал он довольно спокойно. — Теневой шаг, сжатие и ещё пару техник полезных знаю. Угроблю ведь.

— Если тебя текущий уровень силы устраивает, то поступай как знаешь… И что ты пытаешься сделать? Я же сказал, только техника Лу Ханя. Оставь эти тёмные штучки.

Минут тридцать мы занимались молча. Я тоже тренировался, пытаясь освоить тонкий контроль над предметами, заключая их в небольшие барьеры. Не знаю почему, но барьеры я мог перемещать в пространстве несравнимо лучше, чем предметы, напитанные энергией. И если придумаю, как это можно совместить, то получится неплохая дальнобойная техника. Ультимативная, так сказать.

— Кузьма, — Никита на минуту отвлёкся. — Ты после коронации будешь просить правителя, чтобы позволил тебе новый род основать? Или останешься с Наумовыми?

— Буду просить, — тайны в этом не было, так как я это особо и не скрывал.